Кафе закрывалось. Расплачиваясь с официантом, друзья купили ещё бутылку "на вынос". Саша не дождался, пока официант принесёт вино, и поспешил выбежать на улицу, где его стало тошнить. Мгновенно у него разболелась голова. На вино, которое вынес Володя, Саша больше не мог и смотреть. Он не чувствовал опьянения, подобно тому, как когда-то, в больнице. Так Саша ещё раз убедился в законе диалектики: ни в коем случае нельзя употреблять алкоголь вместе с психотропными препаратами.
В воскресенье друзья посетили костёл, довольно необычное здание, находящееся бок о бок с КГБ. Служба шла по латыни. Очень старый священник, литовец, как узнал позднее Саша, отец Станислав, с большим трудом прочитал по бумажке примитивную проповедь по-польски и по-русски. Чем-то западным и экзотическим дохнуло на Сашу из всей церковной обстановки — начиная с рядов скамей, на которых можно было сидеть во время службы; затем — с фрески Преображения Господня, расположенной над алтарём;- со скульптуры Девы Марии и Святого Иосифа, выражающие средневековое отчуждение от всего земного и в то же время такие по земному сентиментальные; — с витражей на окнах; и — кончая людьми, в большинстве не русскими, по-праздничному хорошо одетыми и в основном молодыми или среднего возраста.
"Что если и она ходит сюда?" — подумал Саша, вспоминая немецкую девочку. — "Однако, прошло уже столько времени, как я ни разу не проходил мимо её дома", — думал он дальше. — "Наверное, она уже давно в Германии…"
Выйдя из костёла, друзья медленно шли по мостовой, возвращаясь к Площади Дзержинского.
— Мне здесь нравится! — заявил Володя. — Особенно — скамьи. Можно приходить до начала службы и заниматься медитацией.
— Заниматься чем? — переспросил Саша.
— Медитация — это молитвенное умозрительное самоуглубление.
— А… — издал Саша звук одобрения.
Друзья перешли на другую сторону улицы, двинулись вдоль здания, с серой каменной стеной и телекамерой на высоте двойного человеческого роста.
— По сравнению с православной церковью, — продолжал Володя, — Тут ощущается какой-то покой. Ты чувствуешь себя свободным. И как культурно тут собирают деньги! Чтобы не шуметь, не мешать службе, всё делается быстро!
— И кладут-то не медяки, а всё бумажными! — поддержал Саша.
— В православной-то церкви все вокруг будто бы выполняют какую-то повинность… Отбивают поклоны, открещиваются… И старухи шепелявят на тебя: "Ишь, ты, молодой еш-шо! Зачем сюды пришёл, грешник?" — передразнил Володя воображаемую бабку. — И чувствуешь себя обязанным всё время что-то делать… Будто спортзал какой-то, а не церковь! — добавил он, — Нет, мне в костёле определённо понравилось!
— А для колен — видел? — специальные подставки! — вспомнил Саша.
И тут кто-то сзади обратился к ним.
— Извините…
Молодые люди обернулись. Перед ними стоял человек среднего роста, лет двадцати пяти, с чёрными усиками и аккуратно постриженной шевелюрой, прилично одетый в какой-то импортный плащ.
— Я увидел вас в костёле, — начал он. — Там я не решился подойти…
Саша обратил внимание на его произношение, слишком правильное, не похожее на московское. Молодой человек долго объяснял, что он приехал из Польши, где у него отец — епископ, и в Советском Союзе он ищет знакомства с верующими людьми; что у него есть литература, которую он хотел бы передать по назначению, но, к сожалению, никого здесь не знает и боится, что не успеет, так как на днях возвращается домой. Он дал номер своего телефона в гостинице, где остановился, и в свою очередь записал телефоны, адреса и фамилии Володи и Саши. Поблагодарил за знакомство, обещал позвонить и даже прислать по почте из Польши посылку. Свой же польский адрес так и не дал, пообещав указать его в первом же письме. Он был очень энергичным, говорил много и быстро, не давая опомниться.
Так же стремительно, как появился, молодой человек быстро попрощался, сославшись на нехватку времени, и спешно исчез, юркнув в подземный переход метро.
Некоторое время друзья стояли молча, будто что-то переваривая, то поглядывая в сторону подземного перехода, то далее — на памятник героям Плевны, то вдаль, через бульвар, на здание гостиницы "Россия". Затем, медленно, они двинулись вокруг Политехнического музея в сторону магазина "Детский Мир".
— Что-то он не похож на поляка! — заметил вдруг Володя.
— Ты думаешь?
— Больно хорошо говорит по-русски…
— Ну и что?
— А то, что, кажется, мы с тобой "засветились"!
— Как "засветились"?
— А так! С самого первого раза! Подтвердили, что интересуемся религиозной литературой и дали свои адреса и телефоны.
— Кто же он тогда? — недоуменно спросил Саша.
— Стукач из КГБ! Кто же ещё?
— Неужели?! Вот тебе и костёл! Недаром он расположен в самом пекле!
— Конечно! Как я сразу об этом не подумал?! Они тут иностранцев выслеживают… И всех, кто с ними вступает в контакты…
— Да-ну!
— Вот тебе и "да-ну"!.. Теперь, "как пить дать", заведут на нас дело!
— Похоже, что ты — прав…
Друзья долго ещё обсуждали происшедшее, вспоминали различные фразы и слова разговора с "поляком", обстоятельства и детали встречи, предполагали возможные последствия.
