Длительная эйфория чревата параличом сознания, развитием инфантильности. Лишив своим звонком его привычного экстаза, Лена повергла Сашку в депрессию. И лишь много позже он понял, как был наивен, глуп и труслив. Ему следовало бы забыть обиду, гордость, насмешки одноклассников, косые взгляды учителей и родителей. Ему следовало заявить о своей любви открыто, никого не стесняясь и ничего не боясь. Но он смалодушничал, испугался того, что о его любви узнают другие, будто бы любовь его была чем-то позорным, грязным или запретным… Да, такова была советская мораль, бессознательно им впитанная через отца и мать, через семью и школу, мораль и обязанности гражданина и патриота… А сам он, привыкший зачитываться приключенческими романами, жил в выдуманном мире, и случись такое, о чём он мог только мечтать — окажись он наедине со своей любимой девочкой — то не сумел бы связать и двух слов из-за переполнявшего чувства. Ведь так часто под влиянием своего экстаза, он глупел и, разговаривая с Леной, едва мог задать какой-нибудь вопрос, если заранее не продумывал, о чём спросить…
На этом их отношения оборвались. Лена нашла в себе силы подавить своё чувство и уже совершенно перестала замечать Сашку.
Так наступила весна 73-го… Учебный год подходил к концу. Чтобы остаться вместе с Леной и поступить в девятый класс, Сашка "взялся за ум", засел за учебники. И как ни странно, вдохновлённый таким стимулом, блестяще сдал выпускные экзамены, и его с большим нежеланием приняли в девятый класс, с математическим уклоном, куда, конечно, должна была пойти учиться и его возлюбленная. Лена, по всей видимости, не сумевшая ещё вполне оправиться от своего любовного увлечения, хотя и считалась первой отличницей в школе, экзамены сдала весьма посредственно. Несмотря на это, её, конечно, приняли в девятый класс. Осенью, когда начались занятия, Саша, всё лето ожидавший встречи с ней и всё ещё надеявшийся на что-то, встретил каменное выражение лица и презрительный холод, которого раньше никогда не бывало. Казалось, что-то страшное произошло во всём мире. Парень затосковал, совсем запустил учёбу, "нахватал" огромное количество "двоек" и однажды просто перестал ходить в школу…
В костёле он действительно встретил всех, кого ожидал, даже Людочку, ревниво взглянувшую на него. Кроме Санитара там оказались Ира и Наташа. Ольга с Вовой находились порознь. Почему-то она уже давно перестала подниматься в хор, и теперь сидела на боковой скамье, за колонной, откуда алтарь был закрыт для взгляда. Причащаться она не пошла.
После службы все встретились на пол пути к метро Дзержинская, направились мимо Политехнического музея к Площади Ногина. Догадываясь, что Людочка уже рассказала Санитару о их поездке и преподнесла его не в лучшем свете, Саша лишь вкратце поведал о том, как они посетили патера, где он прочёл книгу Бердяева, как у пани Ванды встретили Анатолия, где он нашёл и прочёл другую книгу — Дейла Карнеги; рассказал о знакомстве с Олей, которая устроила экскурсию в музей Чюрлёниса и поездку в глухую деревню, где одной женщине является Богородица… Почему-то все остальные поотстали и шли сзади на дистанции. Санитар, обычно участливый в беседе, ничего не расспрашивал, будто бы чем-то озабоченный. Остановившись у метро, он дослушал рассказ Саши до конца. Наступила какая-то неловкая пауза. Вся группа продолжала стоять поодаль, время от времени поглядывая на Санитара и Сашу. Не зная, что ещё сказать, Саша вдруг спросил Санитара о том, что он думает по поводу "Альтернативного Университета". Санитар, видимо, не ожидал такого резкого перехода и, будто бы, не услышав Сашиного вопроса, спросил что-то о Каунасе, Анатолии и пани Ванде.
Спустившись в метро, их группа распалась совсем. Люда увязалась за Санитаром, Ира уехала с Наташей, а Оля — с Вовой. Саша остался один.
"Почему все так быстро разбежались?" — подумал он. — "Обычно подолгу обсуждают разное… И почему Оля поехала с Вовой? Ведь ей нужно совсем в другом направлении… Ведь, Ире нужно было поехать с Вовой, а она поехала с Наташей…"
Догадка вдруг озарила его…
Прошло лишь пол минуты, как все разошлись…
Саша побежал в середину зала, к переходу, считая колонны. Он перебежал на платформу встречной ветки, отсчитал нужное их количество, стал поджидать поезд…
Когда двери подъехавшего поезда раскрылись, он встретился взглядом с Ольгой. Она стояла у противоположной, закрытой двери. Вова Сашку не видел, потому что стоял лицом к Оле, держась одной рукой за поручень, а другою… за плечо девушки. Он что-то ей говорил, но, вдруг, поймав её удивлённый взгляд, обернулся — и увидел Сашку. В это время двери закрылись и Саша почему-то заулыбавшись в ответ, поднял вверх палец. Опешивший Вова даже не догадался ответить таким же знаком. Сквозь замелькавшие окна Саша видел, как уезжая, Вова переглянулся с Олей, спросил её что-то, и они пропали в туннеле.
"Все ехали на собрание, и он почему-то был лишним…"
