— Прогрессивные методы решать проблемы, — оскалился Лис и тут же получил коленом в живот, а от звука его голоса лорд Мейсом поднял поникшую голову, и по одному отсутствующему взгляду Ная предположила, что его чем-то опоили еще до начала пожара, и отнюдь не безобидным вином.
Пробиваться ближе она не стала, остановилась за спинами, пригнувшись — как назло, ростом оказалась выше почти всех присутствующих — и достала флакон со снадобьем. Скептически встряхнула, а потом решительно открыла и выпила половину. Гадость редкостная, и для ясности ума не слишком полезно так много его пить, но когда вокруг во всех смыслах запахло жаренным, а из какого-никакого оружия только кинжал, выбирать не приходится.
— Уж какие есть, извиняй, — буркнул мордоворот и кивнул тем, которые держали лорда, в сторону пожара. Его напарники понятливо подхватили мужчину и потащили к поместью.
Лис дернулся и, невероятным образом выскользнув из держащих его рук, кинулся следом, а Ная ловко проскользнула между людьми и заступила дорогу двум господам в куртках. В голове царила непривычная ясность, очистившая мысли и дающая ощущение если не всемогущества, то чего-то к нему близкого.
— Добрый день, — ласково улыбнулась она, и в глазах мордоворота увидела удивление и голубой отблеск от глаз собственных, за которым показалась бескрайняя снежная пустыня под переливчатым зеленоватым сиянием северного неба. Тишина, пустота, безмолвие… чистота сознания и полная покорность. — Твой друг что-то хочет сказать, не поможешь ему?
И резко развернула покорного мужчину лицом к напарнику, успевшему схватиться за меч. Остановить занесенное оружие он не успел, и зачарованный мордоворот насадился на него, но не остановился — его сознание находилось у границы миров, от которой теперь не сможет вернуться, и боли для него не существовало. Он кинулся на нападающего, не давая отскочить, и вцепился в лицо.
Окружающие люди понятливо расступились, а кто-то и вовсе кинулся наутек к Перекрестку, надеясь то ли найти помощь, то ли, что вероятнее, спрятаться подальше от обезумевшего человека.
— Может, легенды и не врут, — пробормотала себе под нос Ная, вспоминая о драуграх, неупокоенных мертвецах, и, пока силы ее не покинули, побежала к Лису, одновременно уворачивающегося от меча и пытавшегося остановить сожжение лорда.
Мордовороты были больше и сильнее него, хуже того — вооружены, и в какой-то момент, у самой границы огня, он запнулся, едва не упав, но вывернулся, оттолкнувшись руками от раскаленной ограды.
Зашипев от боли в обожженных ладонях, он едва успел уклониться от кулака главного в этой шайке, потеряв драгоценное время. Мордоворот грубо схватил выпущенного было и начавшего приходить в себя лорда, поднял на ноги и с силой толкнул в огонь, до которого оставалась пара шагов. Этого хватало, чтобы отпрыгнуть, откатиться, но плохо слушающиеся ноги подвели мужчину: он пошатнулся, не удержал равновесия и без посторонней помощи полетел вперед.
Ная застыла, не в силах отвести взгляд от взметнувшегося вокруг человека пламени. Хорошего, преданного своему королевству человека, который в отличие от многих ее заказчиков пытался что-то изменить, сдержать резкого и радикального в своих решениях короля. Да он один из немногих пытался наладить хоть сколько-нибудь дипломатические отношения с Лангрией, не давая стране окончательно развалиться!
Из ступора ее вывел мордоворот, схвативший ее за руку и потащивший к поместью; она уперлась и попыталась вывернуться, но держал он крепко, до хруста в запястье, а ловкости Лиса ей не хватало.
— Отпусти, — прошипела Ная, но нападавший притянул ее к себе, чтобы толкнуть следом за лордом. — Пусти!
Собравшаяся благодаря снадобью, но так и не израсходованная сила переполнила ее и перелилась через край; в воздухе словно порвалась туго натянутая струна, и раздавшийся гул до невозможной боли резанул уши, окончательно дезориентировав Наю. Где находится, она поняла только минуту спустя и с вялым удивлением обнаружила, что лежит на животе на земле, а рядом стоит, зажимая уши, мордоворот, по рукам которого тонкой струйкой бежала кровь.
Его напарники чувствовали себя не лучше, и Лис, осоловело тряхнув головой, схватился за оружие, быстрым ударом повалив ближайшего. Второго пнул под колено и, когда тот упал, пригвоздил мечом к земле, так и оставив. Третий попытался сопротивляться, но Лис оказался быстрее, заехав локтем между глаз.
Упали они вместе, а боль, которую Ная уловила от Лиса, придавила надежнее каменной плиты.
— Эй, — она с опасением приподнялась, чувствуя себя совершенно опустошенной, и на коленях подползла к нему. На то, чтобы встать и пройти хоть пару шагов, ее уже не хватило. — Ты жив?
— Нет, — он кое-как перевернулся на спину и, поднеся к лицу обожженную руку, тут же ее уронил. Досталось и ладони, и запястью, удивительно еще, как за оружие держался.
— Тебе надо показаться лекарю, иначе останешься без рук.
— Нет. Потом.
