— Вы боитесь, что он убьет и вас, как было с предшественницей, — догадалась Ная, не понимая, впрочем, откуда такой вывод. Ничто из того, что она слышала в их разговоре, не давало повода думать, что Лис затаил какую-то обиду на Дариту лично. Или он возвращался позже? Но в чем логика? Или Дарита просто себя накрутила, помня о незабываемых годах сотрудничества? Ее ребят явно не в кабаках посылали выступать. — А моей жизнью рискнуть не жалко.
— Вы известны своей позицией оставаться в стороне от дел Домов.
— И как это должно меня обезопасить?
— Отсутствием подозрений в сговоре.
— Вы так уверены, что я непричастна? Никто не знает, чем я занимаюсь и с кем встречаюсь, даже Лу известно не все, — заметила Ная, барабаня пальцами по столешнице. — И почему в этом должен быть уверен Лис?
Он не заподозрит, можно не сомневаться — хотя бы потому, что злосчастное письмо читали вместе, вместе находились у поместья лорда Мейсома и вместе же столкнулись с верзилами из тайной стражи. Не говоря уже о том, что если бы Ная была заинтересована в его смерти или компрометации, то узнала и вцепилась бы обеими руками еще в Квинсе, а не пыталась отвязаться от незнакомого бродяги. Но чтобы утверждать об этом, надо иметь представление о событиях последней недели.
Убежденность же в лояльности Лиса к незнакомому барду после столь неприглядной истории выглядела несколько наивной и мало подходящей главе Дома. Ная бы в такой ситуации не доверяла никому, особенно если он действительно так опасен, как говорит Дарита.
— За человека всегда говорит репутация, — отвлекла Наю от размышлений Дарита. — Она нарабатывается не один год, и я не верю, что кто-то готов принести ее в жертву ради раскачивания спокойствия в городе, в котором сам живет. Его высочество Крейг не беззащитен, как привыкли считать недоброжелатели, но без приятеля, взявшего на себя все неприглядные дела, потеряет многое. Если обставить все со скандалом и покушением на убийство, равновесие в городе пошатнется. Хорошая возможность для короны прибрать к рукам неспокойный регион, мешающий, как кость в горле.
— Хорошо. И все же что в итоге хотите от меня?
Выводы были закономерными и логичными, вот только звучали так, как будто ими пытались задурить голову, снова отвлекая от сути.
— Не отказывайтесь от заказа Лиса, когда он придет, проследите за ним и постарайтесь не дать залезть в дела бардов. Я заплачу столько же, сколько даст он… про благодарность шинтийского Дома не стану даже говорить, она будет безгранична. Этим дадите мне время и, — голос Дариты неожиданно стал почти ласковым. — Поможете ему. Моего отношения к нему не изменит даже то, если он решит обвинить меня в чужих грехах.
— Неожиданное отношение к человеку, которого боитесь.
— Мы знакомы десять лет. На моих глазах растерянный мальчик превратился в мужчину, способного вывернуться из любой ситуации. Сложно просто так об этом забыть, — грустно улыбнулась Дарита, окончательно сбив с толку Наю.
— Есть еще кое-что, — она тряхнула головой, пытаясь собрать обратно разбежавшиеся мысли. Послушать о теплых воспоминаниях молодости — дело хорошее, но сейчас исключительно неуместное. — Возможно, поможет в поисках. В Квинсе кто-то из бардов с неделю назад ночью ходил… хм… на охоту вокруг трактира в центре. По пути к границе встретила еще одного, но не уверена, того же или нет. Похоже, оба кого-то искали.
— Значит, направлялся в Верну, — задумчиво сказала Дарита и, оживившись, подхватилась со стула. — Интересная информация. Я прошу прощения, но…
— Идите, конечно, — разрешила Ная, а когда за ней захлопнулась дверь, уперлась локтями в стол и со вздохом обхватила голову руками. Ночное предчувствие не обмануло: встреча действительно создала только больше проблем.
Оставшееся до визита принца время Ная провела, завалившись на кровать в своей комнате и заперев дверь. Ей настоятельно требовалось осмыслить разговор с Даритой, но ни за весь путь от кабака до кабаре, ни за полчаса созерцания висевшей под потолком картины никаких ценных мыслей не появилось. Кроме одной: ее пытаются втянуть в темную историю, которая не закончится хорошо. Сильные мира сего выплывут и достигнут своих целей, бросив исполнителей тонуть в разведенном болоте недомолвок и интриг.
С другой стороны… а был ли у нее вариант остаться в стороне? Все ведь началось не с предложения Крейга или Дариты встретиться — незнакомый бард ходил кругами около трактира даже не в этом королевстве! Чаща хрупкого мира балансировала на лезвии ножа, и достаточно всего пары капель, чтобы она сорвалась и разлетелась вдребезги.
Если в чем Дарита и права, так это в том, что любой несчастный случай с принцем скажется на мирной жизни обычных горожан Лангрии. За примером далеко ходить не надо — всего в сутках пути в окружении сожженных деревень находится многострадальная Шинта, судьба которой подвисла на тонкой нити. Так или иначе, трагедия с лордом Мейсомом скажется на всех жителях — приграничье, активная торговля с Даргией и единственный путь вглубь Верны, любые изменения повлияют на привычный уклад.
