— Если бы кошмар. Ведьминские штучки, как говорит папа, — во рту пересохло, и язык едва ворочался, из-за чего Ная чувствовала себя умирающей на смертном одре. — Дай воды.
Напившись, она снова повернулась к стене, притянув к животу колени и обхватив их руками. После дурного сна было холодно, словно Ная действительно стояла на продуваемом ветрами холме, и такая поза казалась попыткой сохранить быстро уходящее тепло. Снова вернулся парализующий страх беспомощности и внезапно — одиночества в противостоянии большому миру, который ополчился на ведьму за ее грехи.
— Ты в порядке?
Ее хватило только на то, чтобы вяло мотнуть головой. Она не боялась, что Рой не поймет, он и сам не так прост, куда хуже казалось снова показаться слабой перед ним. Как можно уважать и полагаться на человека, который кидается в слезы по любому поводу или впадает в ступор от ночного кошмара? Что ему, привыкшему остервенело выгрызать свое место в жизни, до переживаний впечатлительной девицы на пустом месте?
А ту истерику в его доме после приема стыдно вспоминать — хотя о ночи после Ная не жалела.
Рой вздохнул и неожиданно лег рядом, приобняв, и сразу стало теплее, а гнетущие мысли и подступающий холод на время отступили.
Нет, она не одна — по крайней мере, сейчас.
— Я не эмпат, привести тебя в чувство так же успешно не смогу, — предупредил он. — Так что не повторяй моих ошибок, за которые сама и ругала. За эмоции наедине тебя никто не осудит, какими бы они ни были.
— Не хочется выглядеть вечно рыдающей по каждому пустяку.
— Боюсь спрашивать, что именно из последних событий ты считаешь пустяком и что для тебя в этом случае значимое происшествие.
— А есть разница? Делу это вредит в любом случае. Страшно растеряться перед лицом опасности и подвести других, — Ная пригрелась в объятиях Роя и расслабилась, чувствуя, как отпускает тревога и накатывает сонливость. Мысли путались, их становилось все сложнее улавливать, но не хотелось прерывать момент откровения.
— Из того, что видел, ты ни разу не впадала в ступор.
— А если в будущем? Накатит, как тогда, возле театра…
— У тебя есть возможность работать над собой, если опасаешься, только не переусердствуй. Лишенных эмоций людей считают бездушными и на всякий случай сторонятся. Вспомни, что обо мне говорят в народе, — кажется, он тоже засыпал, уткнувшись ей в плечо, и оттого говорил едва слышно, местами вовсе неразборчиво.
— И как тренировался ты?
— Долгая история, когда-нибудь расскажу… Нам утром снова в дорогу, не забивай голову.
Ная согласно угукнула, поерзала, устраиваясь поудобнее, и окончательно провалилась в сон — на этот раз спокойный и не запоминающийся.
— Я понимаю, что в столице ты решил устроить охоту на барда, но, надеюсь, есть план? Если что, у тебя совсем мало времени на его придумывание — к вечеру мы доедем.
Чем меньше времени оставалось провести в дороге, тем оживленней становилось вокруг: почти не осталось лесов и свободных пространств, деревни разрастались, больше напоминая небольшие города, и отделялись друг от друга хорошо, если узкими полосками полей или рощиц. Двум повезло особенно: между ними вилась широкая река с крутыми берегами, перейти которую получалось в единственном месте на тракте, где был перекинут крепкий мост.
Людей тоже встречалось все больше, но на путников они почти не обращали внимания, занятые повседневными проблемами: отвести на выпас скот, чтобы он не разбрелся по дороге, доставить в город к утренним рынкам свежие продукты, где добыть дров, если до ближайшего леса ехать и ехать. Селения в предместьях столицы неплохо зарабатывали на обеспечении ее нужд и отличались от всей остальной Верны объяснимой зажиточностью.
— Вариант прийти в сыскное управление и прямо спросить ты не рассматриваешь? — усмехнулся Рой, съезжая ближе к краю тракта и пропуская несущийся экипаж с нервно прикрикивающим на окружающих кучером. — А зря, я почти серьезно. У меня есть друг, доцент медицинского факультета королевского университета. Он очень увлекающийся человек и постоянно находится на подхвате у следователей, за что ему дают утаскивать на факультет тела для анатомирования.
— Полагаю, для дружеской беседы мое участие не требуется. Или он такой же друг, как Орин?
— С ним разногласий нет. У тебя же есть знакомые в высших кругах?
Ная мысленно перебрала всех, кого знала в столице, и поморщилась. Есть-то есть, другой вопрос, насколько захотят разговаривать, а если снизойдут, то будет ли этот разговор об интересующем ее деле, а не отвлеченных глупостях. Кроме того, кое-кого она все еще опасалась — из тех, кто может заинтересоваться ее услугами или кому лорд Мейсом не без ее помощи перешел дорогу.
Хотя, конечно, если взглянуть на проблему шире… Пришедшая в голову идея вызвала нервный смешок, но почему нет?
— Рилло должен быть в курсе всего, к тому же непосредственно втянут в происходящее.
— Источник надежный, но ты как его собралась выманивать?
