- Отче, а как же ты согласился ждать? Ведь тебе полагалось бы воспротивиться. Покойников положено хоронить на третий день, и ты должен следить за этим.
Священник, потирая правой рукой левую, будто пытаясь смыть старческие веснушки, отвечал:
- Так ведь на таможне вышла заминка. Я говорил, что можно похоронить на нашем кладбище, а люди не захотели. Что я должен был делать?
- Но ты пытался договориться с таможней? - спросил государь.
- Пытался, - кивнул священник.
- А почему не вышло? - продолжал спрашивать Влад. - Может быть, ты не сказал на таможне всех слов, которые мог бы сказать? Что ты там говорил?
- Я просил, чтоб нас пропустили, - принялся рассказывать священник, погладив бородёнку, - но мне сказали то же, что и другим. Мне сказали, что надобно заплатить денег, и тогда не будет препятствий. Что же я мог на это ответить? Ведь в церковном ящике нет золота, и тем более нет пяти золотых. Что я мог ещё сделать? Я предлагал похоронить покойницу на нашем кладбище, а люди не захотели. Не захотели. Что я мог ещё сделать?
- Что сделать? - государь усмехнулся. - К примеру, ты мог бы пригрозить таможеннику небесными карами и сказать, что не допустишь его к причастию целый год, если будет мешать похоронам. Ведь отказать в причастии это в твоей власти. Почему ты не пригрозил?
- Как же я мог? - священник сделал такое лицо, будто не доверяет собственным ушам и потому сомневается, что государь спросил про угрозы. - За что отказывать в причастии, если Титу исправно посещает нашу церковь, и великих грехов за ним не водится? Он даже приношенья делает. Вот недавно кадильницу подарил.
Тогда Влад посмотрел на старосту:
- А ты почему не смог договориться с таможней?
- А что я мог? - начал оправдываться староста. - Как же я мог? Ведь таможня принадлежит тебе, государь, и я не имею над ней власти.
- Да, - согласился Влад, - но ты мог бы договориться на таможне, чтоб вас пропустили в долг. Ты мог бы признать этот долг, а после попросить меня, чтобы я его отменил. Я всё равно судил бы это дело, но покойница оказалась бы уже похоронена.
- В долг? - озадаченно переспросил староста. - Нет, государь, я не мог так поступить. Ведь тогда Титу мог бы сказать, что я его обманул - обещал деньги и не заплатил. Такие разговоры - прямая дорога к ссоре, поэтому я не стал обещать ему ничего. Однако я сделал, что мог. Я пришёл и спросил Титу, почему он не хочет пропускать покойницу через мост, а Титу мне ответил, что надобно заплатить денег, и тогда не будет препятствий. Я не нашёл, что возразить.
- А ты не думал пронести покойницу другой дорогой? - спросил Влад. - Разве в соседнюю деревню можно попасть только через таможню?
- Можно по-всякому, но... - замялся староста, - идти в обход таможни - это же плохо. Государь, ведь ты сам наказываешь иноземных купцов, если они пытаются делать так. Ты отбираешь у них товары и предаёшь эти товары огню. Да и нашим здешним купцам выходит очень накладно тебя обманывать. Я слышал об этом - слышал, что ты в таких случаях очень гневаешься. Сказать по правде, мне кое-кто предлагал положить покойницу в лодку и переправить через реку на лодке, но я сказал, что так не годится.
- А разве покойница - это товар? - спросил Влад, и по всему было видно, что рассуждения старосты кажутся правителю нелепыми. - Или ты скажешь, что золото на ней - это товар?
- Нет, не товар, - смутился староста. - Ведь мы золото продавать не собирались, - он помолчал, а затем вкрадчиво добавил. - Но мы всё равно решили действовать наверняка и подождать тебя, государь.
Услышав это, Влад не выдержал:
- Как же так!? - гневно воскликнул он. - Получается, что никто ничего сделать не может, а может один государь!? Вот вы дождётесь, что покойница откроет не один глаз, а сразу два, а затем встанет из гроба и сама пойдёт через мост!
При этих словах вся толпа испуганно перекрестилась.
- Вот это верно, государь! Вот дождутся они! - подхватила старая Виша, на всякий случай осенив себя крестом ещё раз.
- Мы тебя решили подождать, государь, - продолжал оправдываться староста. - Решили, что ты поможешь нам уладить это дело...
- Хорошо устроились! - резко оборвал старосту правитель. - Всё на государя свалили! Думаете, я не вижу, что тут делается!? Думаете, я не вижу, что местный староста и местный священник хотят спокойно жить и не ссориться с таможней?
Староста, священник и таможенник настороженно переглянулись.
- Я очень недоволен, - всё так же резко произнёс государь и опять глянул на старосту и на священника. - Особенно вами двоими. Люди просили вас уладить дело, а вы хотите, чтобы улаживал я? Свои обязанности на меня хотите переложить!? Не выйдет! Что же это такое! Староста и священник не хотят ссориться с таможней, а из-за этого простым людям не к кому обратиться, кроме как к государю!?
Староста и священник в страхе упали на колени.
