Забрасывал их седьмой авиационный полк, который должен был базироваться в САСШ — а базировался на авианосцах, на которых уполовинили палубные эскадрильи для того, чтобы дать место действительно нужным машинам. Авианосцы у бразильского побережья использовались не по своему прямому назначению — а как огромные безопасные базы для пехотных частей, которые перебрасывались на берег, либо жили на авианосце постоянно, а воевали, нанося короткие точечные удары с вертолетов по побережью. На каждом авианосце было теперь по два не предусмотренных боевым расписанием Чинука, на этом — СН-47CSAR, переоборудованный, специальный вариант для полетов в ночное время и для выполнения боевых спасательных миссий. Остаток дня — тюлени посвятили тому, чтобы разместить в просторном чреве каждого вертолета по две большие надувные лодки, на восемь бойцов и одну тонну груза каждую. На каждую должно было приходиться не по восемь, а по четыре бойца, тюлени брали лодки с запасом, потому что знали — как легко потерять в джунглях лодку и остаться без средства передвижения вообще. Лодки были старые, те, с которыми они тренировались в учебном центре амфибийных сил, без жесткого днища и без мотора. Им придется выгребать несколько километров против течения на лодке, которая рассчитана на вдвое больший вес.
Остальное время — они потратили на приведение себя в относительную форму в спортзале — за несколько часов кое-что все таки можно было сделать — на чистку оружия и подготовку снаряжения. Паек взяли всего на четыре дня — этого вряд ли хватило бы, но они уже знали, как поймать рыбу, на каких животных можно охотиться, и какие растения съедобны. Если их пребывание «за линией фронта» задержится — они вполне могут перейти на подножный корм…
Их путь уходил в лес, загадочный, таящий в себе боль, одиночество и опасность. Только тот, кто был в джунглях Амазонии, знал, настолько одиноким ты себя чувствуешь там, насколько величественны эти джунгли и насколько ты сам ничтожен рядом с ними
Они шли по так называемым двухуровневым джунглям, так называли джунгли, в которых есть два уровня полога, закрывающего солнце. Один — примерно на пятнадцати-двадцати метрах, другой — от пятидесяти. Вниз, к земле — не попадало ни капли света, и поэтому на земле ничего не росло, никаких растений. Только голая, какая-то бурая земля, гигантские корневища и какой-то мох, который был не зеленым, а серым и даже черным. Было жутко, почти темно и казалось, что они попали на другую планету.
Был третий день их разведывательного выхода. Третий день — похода во мрак и в неизвестность.
Когда часы показали одиннадцать — Роселли объявил привал. Жечь костер не стали — внизу было мало кислорода, а удушающая сырость не давала возможности использовать что-то в качестве топлива. Поужинали тем, что не требовало огня при приготовлении — специальными плитками, сплошные калории и витамины. Чем-то напоминают белый шоколад.
— Гарри — негромко сказал Роселли, когда все закончили с трапезой — сегодня двигаемся без ночлега, пятьдесят на десять. Все равно тут ни дня, ни ночи. Выводи нас.
— Понял, сэр…
Пятьдесят на десять — значит, пятьдесят минут движения и десять минут, когда спят все, кроме часовых. Обычный темп движения конечно не выдерживается — но отыграть за ночь три-четыре часа у решившего отдохнуть противника — вполне можно.
Гарри прошел вперед, в голову небольшой колонны, остальные спецназовцы торопливо уничтожили все следы своего пребывания здесь. Мусор — в рюкзак, его здесь не закопаешь…
Они нашли это в три часа ночи, уже на четвертый день пути. Гарри издал резкий крик, подражая какой-то местной птице (и сделал ошибку, потому что эта птица неактивна ночью) — и все тут же заняли свои позиции, преобразовав походный порядок — в оборонительный.
Только после этого, старшина подошел к проводнику.
— Что, Гарри? — негромко сказал он после почти минуты молчания.
Вместо ответа — проводник указал на дерево впереди, до него было метров двадцать.
В неохватном, морщинистом стволе дерева торчала короткая стрела. И что самое удивительное — тот, кто стрелял, должен был находиться там, где находились они, то есть — по ходу движения их колонны. Они не видели никаких следов, кроме следов морских пехотинцев — но тут был кто-то еще.
— Заберем? — одними губами спросил старшина.
Гарри кивнул, перехватил поудобнее свой АК и двинулся вперед. Старшина прикрывал его со своего места, боевые пловцы команды прикрывали своего командира. Через несколько минут Гарри вернулся назад вместо со стрелой, наконечник остался в дереве, но древко удалось добыть. С мрачным видом, Гарри протянул его командиру.
