— То есть, ты включила интерфейс через два дня после активации? — уточнил Аринэль.
— Да, иррин, — ответила мэллорн.
— Причина включения? — поинтересовался Ари.
— Присутствие рядом разумных, — ответила Атэёль.
— Присутствие разумных — это условие создания интерфейса? — спросил парень.
Мэллорн ответила не сразу. Что в ее случае говорило о том, что идут просто чудовищные вычислительные процессы.
— Запрос некорректный, — выдала, наконец, мэллорн.
— Я так и знал, — произнес Аринэль. — Атэёль. Интерфейс — это последовательность?
— Ответ положительный, — ответила мэллорн.
И ее голос был совсем металлический, без обертонов.
— Хорошо, — сощурился Ари. — Время создания интерфейса?
И снова повисло молчание. Амарата, наблюдая за всем этим, вдруг ощутила, что во рту натуральная пустыня. Девушка закрыла рот, сглотнула. И зачем-то посмотрела на Даяну. А та стояла, словно статуя… Гордости. Реально, словно памятник герою изображала, настолько выражение ее лица было одухотворенно-возвышенное.
— Зап… — голос мэллорна оборвался.
И снова тишина. И на этот раз она затянулась.
— Работа эмуляции прервана, — заговорила вновь Атэёль. — Фиксирую критическую ошибку.
Во время работы эмуляции, основная оболочка, как бы впадала в спячку. Иначе никак, потому что все вычислительные ресурсы в этот момент идут на эмуляцию. И сейчас Атэёль «не помнила», что происходило во время эмуляции.
— Иррин, — продолжила Атэёль. — Мне снова запустить эмуляцию?
— Нет, — ответил Ари. — Боюсь, вы не сможете ответить на мои вопросы, Атэёль.
9-й день осени. Марка Тайфол. Мастерская Мелики
Приезд этой делегации планировался еще до маток. Собственно, именно из-за того, что этот вариант движителя был именно тем, который Мелика хотела показывать, и взбесило девушку, когда она узнала, что анты проникли в мастерскую.
Делегация была из четырех дварфов, герцога Тайфола, стратега Тайфола (чтобы Бран и пропустил технические новинки?).
Дварфы были из четырех семей. Дорин Гростайр, отец Мелики, в привычном повседневном «рабочем» темно-сером костюме из крепкой ткани.
Бенгар Дайтар, сейчас главный в Империи по технике, был облачен в дорожный темно-синий костюм. Для дварфа это, считай, почти парадное одеяние. А еще у Бенгара борода была коротко подстрижена, то есть он прям в большие начальники вышел, раз может себе позволить носить такую бороду, какую хочет.
Симеон Аронтайр, довольно низкий, даже для дварфа, разумный с длинной седой бородой и традиционном одеянии дварфов, то есть темно-серый комбинезон-костюм. Это когда сверху еще камзол с длинными полами. Аронтайры были, конечно, больше по строительству, причем дорог, но раз уж Симеон оказался в марке, то и его пригласили.
И Азайя Эстайр, глава семьи, где большинство членов служило в армии. Поэтому и Азайя выглядел, как легионер… в миниатюре. Совсем без бороды, крепкий, подтянутый мужчина в возрасте, с грубыми чертами лица (у дварфов, впрочем, обычно грубые черты лица). Эстайры служили расчетами орудий, полевыми кузнецами, в общем, обсуживающим персоналом в легионах. Эстайр, вместе с внушительной партией соплеменников прибыл по приглашению герцога Тайфола, оценить объем работ по созданию полосы препятствий.
— Очень интересное место, — заметил как раз Азайя Эстайр, попав в мастерскую. — Немало я видел мастерских, но эта какая-то… странная.
— Данную… организацию курирует Третий Наследник, — с легкой иронией заметил Бенгар Дайтар. — Даже мою дочь сюда сманил. Старшую.
— Энфирия здесь? — слегка удивился Азайя, который немало пообщался с изобретательницей.
— Здесь я, мастер! — сама ответила девушка, выходя в центральное помещение мастерской. — И, поверьте, я здесь не руки вытираю!
Вместе с ней вышли Мелика и … неизвестная прибывшим дварфам девушка.
— Позвольте представить, мастера, — произнесла Энфирия. — Стефания Трайсис. Наш специалист по веществам. И она сегодня тоже хочет представить вам свое изобретение.
— Ну, оно не только мое, — едва слышно пробормотала Стефания.
— Вижу манекен, — задумчиво произнес Азайя. — Что это на нем за доспех?
