— Получится маленькое чудо, — заметила Лана. — Они тут все обалдеют оттого, что машина вновь воспарит…
— Ерунда! — Роберт махнул рукой. — Скажем, что получилось случайно. Специа-листы мы из Москвы, или не специалисты? А так — вот вам результат, товарищи дорогие! Трудимся в поте лица… И еще знаешь что… Давай-ка направим зонд в западном направлении, туда, за передовые позиции… Поглядим — что там творится.
Лана согласно кивнула и начала быстро набирать комбинацию клавиш на пульте.
— Между прочим, — торжественно объявила она, — я починила обзорный экран, и звук тоже…
— Это хорошо! — оживился Штейн. — В таком случае включай: будем видеть в натуре, что творится вокруг нас. Это никогда не помешает. Давай сразу круговой обзор! И звук тоже давай. Послушаем, о чем они там говорят в наше отсутствие…
Стены хронолета будто растворились, и на круговом экране появилась поляна, машины и люди вокруг аппарата. Эффект был потрясающий: казалось все происхо-дящее вокруг случалось не за довольно толстыми стенками, а рядом, совсем близко. Еще спустя несколько секунд внутрь ворвались шум мотора, человеческие голоса и шелест листьев на деревьях.
Неподалеку от входа, прямо на траве, расположились с топографической кар-той Дашевский и Бердышев. Чуть поодаль со скучающим видом сидел Андрей и тоскливо глядел на аппарат. Возле штабной палатки, за столом, сидели Гольдберг со Смирновым и о чем-то оживленно спорили.
Вот из палатки выбрался тот мрачноватый оперативник, которого Лана с Ро-бертом несколько дней назад подобрали на дороге. Под фуражкой виднелась белая полоска бинта. Выбрался, закурил папироску и уселся неподалеку, искоса погляды-вая на задумчиво сидящее над картой руководство.
"Странный тип, можно даже сказать — неприятный. И вызывает насторожен-ность, как будто за ним стоит какое-то зло, — подумала Лана, осторожно настраивая звуковые сенсоры на Бердышева и Дашевского. — Все заняты делами, а этот со своей пустяковой царапиной шляется по лагерю без дела, всюду сует свой длинный нос… Правда к Андрею больше не лезет! А вообще — надо, пожалуй, сказать Роберту, чтобы он его упрятал куда-нибудь… А может самой заняться?.. Нет, хронолет — прежде всего…"
Она еще поточнее подкрутила настройку, и в аппарат ворвался голос Дашев-ского:
— … И вот тут они попадают прямо под наши орудия. А перед этим им еще надо прорваться через позицию стрелкового полка.
— Не думаю, Иван, что пехота долго выстоит против танков. Ну — час, ну — два… Да и от полка там осталось, собственно говоря, чуть больше половины… — Бердышев задумчиво пожевал карандаш. — Артиллерии у них тоже мало… Честно говоря, у меня на танкистов, что окопались севернее нас, надежды больше. Авось — помогут в критический момент. Но опять-таки — не на долго это все!..
— М-да, ситуация!.. — комбат взглянул на хронолет, затем на часы, и раздражен-но бросил:
— Я вообще не понимаю, почему они не хотят перевезти эту штуковину в тыл. Мы же здесь как в мышеловке, которая захлопнется в любой момент! Вот ты сказал про армейцев, которые перед нами… А сколько продержимся мы? У меня ведь здесь конвойный батальон, а не Осназ оперативных войск НКВД с танками и ар-тиллерией, две дивизии которого, кстати, по непонятной для меня причине торчат где-то за Могилевом во второй полосе обороны и не предпринимают никаких ак-тивных действий… Прикрыть эвакуацию полусферы я смогу, но если фашисты замкнут кольцо…
— Обстоятельства против нас, Иван, — вздохнул Бердышев. — Все, что мы смогли выбить для обороны объекта — мы выбили. Большего нам дать — просто физически не смогли. Войска обескровлены, резервов — ноль!.. Даже город толком нечем при-крыть… А что касается эвакуации… Ты же знаешь — платформу чинят. Готова она будет лишь завтра к обеду. Всего лишь сутки нам надо, понимаешь! Сутки затишья, а завтра за ночь мы вывезем "Черныша" в тыл. Донцов, кстати, этому не препятст-вует. И Ирина Васильевна так считает…
При упоминании Корецкой Дашевский слегка улыбнулся.
— Частенько ты что-то ее вспоминаешь… Уж, не растопила ли она сердце ста-рого холостяка?
— Иван Ильич, помилосердствуй!..
— Все, все! Молчу!.. Но, между прочим, — обаятельнейшая женщина, и плюс ко всему очень образованная и умная. Ты же именно это ценишь… — Дашевский по-смотрел на входной люк. — Кстати, наши коллеги из Наркомата уже больше двух часов копаются во внутренностях этого чуда. Неужели в чем-нибудь разберутся, а? Позиция их, правда, несколько странная… Нас до аппарата не допускают… Впрочем — им виднее, они — начальство, да еще с личным письмом самого Лаврентия!..
— Ну я прошу тебя, прекрати, пожалуйста, — скривился Бердышев и с укоризной посмотрел на старого приятеля. — Мы же с тобой не на юмористическом вечере. Да-вай лучше еще раз проверим сектора обстрела.
