С погасшими гиродинами стационар потерял направления на «верх» и «низ», потому ориентироваться тут внутри стало сложно вдвойне, да и отсутствие дежурного освещения на палубах не добавляло памяти Цагаанбат поводов для флэшбэков. То есть понятно, что двигаться надо куда-то туда, но не более. Шивикас же тут чувствовал себя как рыба в воде — вот он мелькнул между направляющих и пропал из виду, чёртов позёр.
Рубка со всем окружающим пространством тоже выглядела незнакомо — в рабочем состоянии большую часть её пространства раньше занимали проекционные экраны виртреала, наполнявшиеся навигационной информацией, телеметрией, тактическими брифингами и прочей текучкой центрального узла управления стационаром. Сейчас же тут было черным-черно, и только автоматически убранные основания ложементов торчали вдоль пола ровными рядами гладких выпуклостей.
Цагаанбат дождалась, когда в переходном шлюзе выровняется давление, однако внутрь вошла, не раздраивая оболочку.
— Теперь поговорим.
Шивикас, пару раз моргнув, уставился на игломёт в её руке. Сам он стоял перед ней сейчас в одном кабинсьюте и потому чувствовал себя как будто голым. Впрочем, даже никакая жёсткая оболочка не спасла бы его от прямого попадания «глетчера» в упор.
— Вы рехнулись?
— Это ты, должно быть, рехнулся, Томас, учитывая, как мы с тобой нехорошо расстались.
Шивикас в ответ нервно тряхнул рукой.
— Полковник, придите в себя, мы находимся на борту мёртвого стационара, где, простите, воняет, вам мало?
— Это не повод тебе доверять. Если бы Геспер только заикнулся, кто меня тут встретит…
— Можете поверить, я бы ему тоже врезал.
Ха, «врезал» бы он. Врезалка не выросла. Цагаанбат нависала над Шивикасом как скала, всеми своими ста сорока килограммами живого веса и двумя с гаком метрами роста. Геспер не отличался подобными статями, но всё равно ставки на возможный его поединок с Шивикасом были бы далеко не в пользу командора.
Однако Цагаанбат командору внезапно поверила. Убрала «глетчер», отстегнула забрало. Хм, тут и правда воняло, причём даже сразу и не скажешь, чем конкретно. Воображение рисовало прогорклый запах горелой проводки и старого пластика, но нет, местные ароматы больше напоминали привкус окисленного металла. Так обыкновенно пахнет привычный корабельный рэк земных морей. Мокрая ржавчина и соль. И ещё немного чаячьих погадков.
— Хрен с тобой, Томас. Надо что-то решать. С Геспером мы потом разберёмся.
Шивикас кивнул, покорно усаживаясь на выступ одного из ложементов.
— Пока вы писали свои вензеля, — командор выразительно покрутил указательным пальцем над головой, изображая траекторию «Бергельмира», — я тут успел кое-что прозвонить, и знаете, стационар пострадал, конечно, от того импакта, но в целом он вполне ремонтопригоден.
— Хорошая новость, — Цагаанбат с сомнением потянула ещё раз носом, — но нам-то с того какая радость? Задача была оценить транспортабельность «Фригга» в пассивном режиме, какое нам дело до его гипотетической ремонтопригодности?
Шивикас в ответ склонил свою рыжую голову набок и изучающе уставился на Цагаанбат.
— Вам реально не интересно, зачем мы здесь на самом деле?
Так. Главное не выходить из себя из-за интонаций этого козла.
— Вот Геспер притащится сюда, тогда и поговорим. И без того полна жопа огурцов.
Шивикас поморщился, но продолжил поучать:
— Насколько мне известно, нет ни единой причины тащить через весь пояс останки «Фригга», оглянитесь, он бесполезен. Куда его, на металлолом сдать в порту Цереры?
Тут уже Цагаанбат стало смешно.
— А хоть бы и не на металлолом, это что-то меняет?
— Да это всё меняет! — рявкнул в ответ Шивикас.
— Например?
— Вы видели, что творится в Поясе? Корпорации стоят на ушах, готовы палить по любому неопознанному кораблю в пределах досягаемости. Зачем вообще весь этот геморрой с транспортировкой «Фригга»?
Цагаанбат терпеливо сложила руки на груди и принялась ждать, её всегда бесила манера командора задавать риторические вопросы. Пусть уже выскажется, а там посмотрим.
— Мне кажется, что основной целью является возвращение стационара в строй в качестве полноценной космической крепости.
На этом месте пришлось взять паузу на обдумывание. В его словах была своя логика.
— Но какой смысл? Корпорация мертва. Ромул молчит. Остались такие же как мы осколки прошлого, разбросанные по Сол-системе.
Шивикас в ответ лишь упрямо мотнул головой.
— Пусть Корпорация мертва, но мы ещё живы. Есть люди, подобные Гесперу, готовые возглавить наше возвращение в строй. Придать нашему дальнейшему существованию хоть какой-то смысл.
Оба надолго замолчали.
— И в чём же ты видишь этот смысл?
Шивикас поднял на неё дурную рыжую головушку. Взгляд его был твёрд и спокоен.
— А ради чего потребуется вернуть в строй целый космический стационар, загрузить его топливом и оружием и отправить снова патрулировать Пояс?
— Удиви меня.
— Неужели вам никогда не приходила в голову мысль банально отомстить?
