Молчание. Только теперь Богдан сообразил, что в канале стояла гробовая тишина. Или полкана всё-таки хватил долгожданный кондратий, или неведомые шутники решили поиграть с силами обороны в «молчанку».
То есть попросту говоря принялись разом глушить все коммуникации вероятного противника, погрузив разом весь эфир в молоко белого шума. Сделать это, ввиду использования оным противником узконаправленных антенн, без привлечения роя заранее развёрнутых на участке боестолкновения микромашин и так далее и тому подобное.
Футуц, подготовились гады к сегодняшнему дежурству Богдана преизрядно.
Но на то и его птичка в небо поднята, чтобы подобные фокусы не прошли.
По сути, винтолёт Русу представлял собой мобильный тактический контрольный узел, способный единомоментно контролировать весь оборонительный контур вокруг Йироля даже в случае обрыва всех коммуникаций вне прямой видимости.
По команде Богдана вокруг него начала стремительно выстраиваться сетка прямой лазерной связи в ближнем ик-диапазоне, ненадёжная при такой влажности, но зато непрошибаемая коммуникационная решётка, в которой сотни подконтрольных дронов по сути становились репитерами на пути команды пилота машинам-исполнителям.
А вот и он. Ближайший к цели ударный дрон. Зениткой, как в прошлый раз, тут не обойдёшься, слишком низко идёт цель, да и требования к скорости снаряда при ведении огня поперёк курса цели были кратно большими, чем при движении сокурсно, этому учили даже гражданских пилотов. В рамках самоподготовки, думнядзеу. Какого чёрта, Богдан бы прекрасно обошёлся и без того, чтобы подобные знания ему хоть когда-нибудь пригодились.
В конце концов, он забрался в эту задницу мира не для этого.
А для чего? Для чего ему выдан в руки весь этот арсенал? Если бы тот собачник не повернул, тоже пришлось бы стрелять.
Дрон, получив команду, уже заходил на курс, врубая форсаж и начиная преследование, тогда как остальная цепочка ретрансляторов уже выстраивалась в линию для сокращения пути сигнала.
Едва заметная серая рябь на фоне погружённого в туман буша продолжала скользить вперёд, словно не замечая нависшую над ней угрозу. Никаких попыток уклониться или хотя бы стать менее удобной целью. Ну, вы сами напросились.
Гауссова пушка под брюхом ударного дрона послушно просунулась в раскрывшиеся створки орудийного люка, чуть подработала актуаторами, зафиксировала цель и отправила финальный запрос на подтверждение.
В ответ на что Русу, скрипнув зубами, отбарабанил личный код, разрешая залп.
Пушка тут же послушно принялась с монотонностью ментронома засылать в ствол снаряды. С каждым выстрелом бегунок бортового энергозапаса падал на десяток процентов и настолько же вверх поднималась температура на выходе из ствола. В теории, ресурса должно было хватить на семь залпов, на практике пушку разорвало уже на шестом. Но пять сверхпроводящих стержней ушли точнёхонько в цель.
Наблюдая, как из фрактальных недр активной защиты нарушителя повалили чёрные хлопья дыма, Богдан даже испытал нечто вроде несвойственного ему удовольствия. Обыкновенно, работа у него не вызывала у него ничего кроме скуки. Ну или злости, когда его отвлекали от любимых дорам. Но эти ребята вызвали в нём нечто непривычное. Не механическую реакцию охотника при виде унылой ввиду собственной беспомощности жертвы, нет, настоящий, горячий азарт.
Завтра, пожалуй, Русу и не вспомнит об этом эпизоде. Подойдёт к нему в баре каптёр Ерохин и спросит, как, мол, служится, а он ему в ответ — собачки служат, мы, гражданские пилоты, работаем. И молча повернётся к стойке, делая робобармену жест пальцем повторить. О чём тут ещё говорить, скука же, ничего интересного, кроме бесконечных пустошей буша и надоевших этих болот.
Впрочем, даже окончательно перестав быть невидимым для оборонительных комплексов Йироля и видимо глазу теряя мощность, нарушитель не унимался — продолжал переть прямо по курсу, не сбавляя оборотов. Сверху это выглядело как старомодная керосиновая ракета XX века, на пердячем пару она выбирала из продырявленных баков последние капли горючки в жалкой попытке подобраться к периметру хотя бы ещё немного ближе.
Сдаваться они не собрались.
Что ж, хмыкнул себе под нос Богдан, разворачивая теперь уже заработавшее на все наличные петафлопсы автоматическое наведение. Второй раз нажать на гашетку будет куда проще.
Предупреждать их в эфир Русу и в голову не пришло.
Впрочем, залп на этот раз даже не понадобился. Видимо, окончательно исчерпав ресурс для дальнейшего полёта, нарушитель камнем рухнул в буш так, что место крушения окончательно заволокло густой едкой химической гарью, только какие-то металлические обломки, густо чадя, красиво разлетались по окрестностям, распугивая окрестных бегемотов.
Богдан только языком поцокал. Вот же думнядзеу, в этом дыму теперь кто хочешь валить сможет, прежде чем пожар от разлитого топлива угаснет сам собой, пройдёт сколько времени, если у пилотов этой дряни с собой хотя бы банальная серебрянка, как у того собачника…
