Время камней полностью

Лаэморт — клинок, прославленный в битвах! Теперь его держал в руках он, Сафир, оруженосец Его Императорского Величества. Честь, которой прежде не удостаивался никто из его рода. Теперь он может подать в Геральдический Совет просьбу о прибавлении к своему гербу изображения «Белого меча». Юноша улыбнулся и вложил Лаэморт в ножны. Повесив их на медный крючок, он подошёл к окну и посмотрел на дворцовый парк, блестевший после недавно закончившегося дождя. Взору открылась чудесная картина: буйство зелени и цветов, песочные дорожки и голубые фонтаны, прозрачные пруды и грациозные птицы, разгуливающие по лужайкам и чистящие перья.

Сафир подумал об Ухаэле. Странно, но он не сожалел о его смерти так, как, возможно, следовало. Несмотря на то, что тот прослужил у него почти четыре года, Сафир не испытывал чувства невосполнимой утраты. Возможно, он был слишком счастлив от того, что сам остался жив.

Юноше хотелось поговорить о случившихся с ним событиях с кем-нибудь по-настоящему близким. Например, с лордом Аримаком, Главным Наставником Пажеского Корпуса. Старик, вероятно, сидел у себя. Он выходил редко, тем более в дождь, когда все его раны давали о себе знать. Сафир кивнул сам себе и вышел из комнаты.

Лорд Аримак был невысок, но, несмотря на преклонные годы, сохранил осанку, которая придавала ему величавость. Среди воспитанников о нём ходили настоящие легенды, из которых многое было вымыслом, однако кое-что считалось доподлинными фактами. Например, то, что в молодости лорд Аримак служил на флоте и участвовал в войнах с нынешними провинциями, тогда ещё бывшими независимыми княжествами. Затем молодой аристократ получил у императора разрешение того особого рода, которые выдавались авантюристам, желавшим служить не только короне, но и себе. Проще говоря, он собрал команду головорезов, зафрахтовал корабль и стал капером, грабя с благословения своего повелителя суда соседей и передавая часть добычи казне. Тогда многие промышляли подобным образом и на родине слыли героями. Существенно пополнив сундуки, лорд Аримак сменил море на сушу и несколько лет служил в гарнизоне Тальбона, затем участвовал в подавлении первых бунтов, вспыхивавших в недавно присоединённых провинциях, и показал себя дальновидным стратегом, обойдясь малой кровью. В награду ему были пожалованы земли и рабы, после чего уже немолодой воин получил почётную должность Наставника Пажеского Корпуса, в которой и пребывал до сих пор.

Лорд Аримак улыбнулся, увидев своего молодого ученика, и сделал шаг ему навстречу.

— Что привело вас, лорд Маград? — сказал он негромко.

— Мне хотелось поговорить, Учитель, — ответил Сафир с поклоном. — В последнее время моя судьба складывается совсем не так, как ей следовало бы.

Аримак удивлённо поднял брови.

— Откуда такие мысли? Неужто вы полагаете, что лучше богов знаете, что вам уготовано?

— Нет, Учитель, я совсем не то имел в виду.

— Присядьте, — Аримак указал на мраморную скамейку и сам опустился на неё. — Желаете что-нибудь выпить?

— Нет, Учитель, благодарю.

— А я освежусь, — Аримак хлопнул в ладоши, и на балюстраде появился паж с подносом в руках.

Лорд взял высокий бокал, наполненный золотистой жидкостью, и, отпустив мальчика, сказал:

— Продолжайте, лорд Маград. Прошу простить меня за то, что перебил вас, но эта послегрозовая духота действует на меня убийственно, — он сделал маленький глоток и удовлетворённо кивнул.

— Позвольте рассказать о том, что произошло со мной за последнюю неделю.

— Если хотите. Но учтите, я уже старик и, кроме своих обязанностей, знаю немного, так что не ждите от меня мудрого совета. А вы ведь пришли за ним?

— Не знаю, Учитель, возможно. И всё же, вначале мне хотелось бы поговорить.

— Я слушаю.

— Триремы уримашей догнали «Буревестник», а этого не должно было случиться, ведь наши корабли гораздо быстрее, — Сафир загнул один палец на руке. — Затем я оказался единственным, кого пираты оставили в живых, и это тоже странно, если не сказать «невероятно», — юноша загнул второй палец. — Мальчик-юнга спас меня по причинам, которые мне совершенно непонятны. Он рисковал, освобождая меня, но действовал при этом так уверенно, словно знал, что ему нечего бояться. Если это ловушка пиратов, то я не понимаю, чего они добивались, — Сафир загнул третий палец и пожал плечами.

— Это ли не знамения судьбы? — улыбнулся лорд Аримак, поднося к губам шербет и делая глоток. — Боги хранят вас.

— Но зачем, Учитель?

— Я не знаю, да и не могу знать. Вам самому предстоит выяснить это. Впрочем, пользуйтесь дарами всевышних, пока они благоволят к вам.

— Но какую цену они потребуют потом?

— Разве мы не должны исполнять их волю?

— Разумеется, Учитель.