– Мика? – вполголоса позвала Алиса. – Если есть этот коридор, он мог поехать туда. Мог увезти семью. Связь уже лежала, когда они пришли в больницу. Он бы до тебя не дозвонился. И в городе бы не нашел. А мы можем попробовать. Можем его найти.
Мика молчал и смотрел в сторону. Зато Марко цыкнул языком:
– Слышь, киса? Если все правда, если есть там проход этот, чего ж доктор уехал, а ты осталась?
Ивана пожала плечами.
– Он сразу уехал. Ему тоже семью забрать нужно было. Я с ним вышла, а моей машины на месте нет. Угнали, наверное. Я ключи не вынимала. Доктор сказал, как семью заберет, за мной вернется. Ну, я пошла в кабинет и села ждать. А дальше вот она пришла.
Ивана кивнула на Алису. Та спросила:
– Вы вышли через главный вход?
– Нет. Через другой какой-то. Служебный, наверное. Я не разбираюсь. Я через него и вернулась. А что?
Пока все складывалось. Если они правда вышли из здания через другую дверь, Ивана могла и не видеть тела у фонарей. Алиса ей не ответила. Поднялась с корточек и вернулась к группе. Кончиками пальцев тронула Мику за плечо. Тот дернулся. Аца подал голос:
– До аэродрома пробраться сложно, но можно попробовать. Я вам дорогу прочерчу. А он точно сказал, что аэродром? Не аэропорт? Военный или гражданский?
Три головы повернулись к Иване. Мика не шевелился.
– Военный, – даже не моргнув, сказала она. – Точно военный. Доктор так и сказал.
– Значит, точно коридор для своих, – подытожила Алиса. – Заранее подготовили. Мика? Попробуем?
Мика продолжал молчать. Вместо него говорили плечи. Сгорбились, подтянулись к ушам. Прямая спина танцора превратилась в вопросительный знак.
– Да чего тут… – начал Марко, но Алиса выставила ладонь в его сторону.
Марко фыркнул, но договаривать не стал. Поднялся, подошел к Иване и забрал у нее бутылку. Приложился, сделал маленький глоток, завернул крышечку и убрал бутылку в рюкзак, не обращая внимания на жадный взгляд, которым Ивана ее проводила.
– Пойдем, – сказал Мика. – Аца, дойдем?
Аца снова нагнулся к карте, повел пальцем по бумаге.
– До самого аэродрома только под землей вряд ли получится. Далеко, и всех ходов я не знаю, а карта заканчивается у Нового Белграда. Но можно вот здесь попробовать.
Палец отметил точку на карте. Алиса подхватила ручку и поставила отметку рядом с ногтем. Аца продолжил:
– Вы так выйдете на Новый Белград. Там придется уже по городу, по улицам. А что там, в городе, пока неизвестно. По радио про те районы не говорят. Придется наудачу.
– Значит, наудачу, – согласилась Алиса. – Покажи, как пройти.
Аца забрал у нее ручку и начал отмечать точки на карте. Рядом с некоторыми делал рукописные пометки: где отметина на стене, где тайник у диггеров, где выбоина в кирпичной кладке, по которой можно опознать нужный поворот. Хотя он говорил, что дальше нынешней точки никуда не заходил, знал он много. Алиса повторяла за Ацей вслух и вела пальцем по карте.
На прощание Аца отдал им фонарик, а из одной из коробок у стены достал пару маленьких бутылок воды.
– Возьмите, ребята. Я бы и едой поделился, но все наверху. Можем сходить с кем-нибудь.
– Не надо. У нас есть. До Нового Белграда должно хватить, а там посмотрим.
– Берегите себя.
– Ты… вы тоже. И себя, и ваш архив.
С Микой они размашисто обнялись и похлопали друг друга по плечам. С остальными чинно пожали руки. Еще сонная госпожа Мария с недоумением посмотрела на протянутую ладонь, а потом взяла ее двумя руками и прижала к груди. Аца спохватился и наскоро подписал номер с обратной стороны карты.
– Когда связь пустят, напишите, хорошо? Можно просто эсэмэску, что у вас все в порядке. Я вас провожу немного. Сейчас, секунду.
Аца подошел к отцу, присел и с негромким «извини, пап» залез в карман пальто. Достал парный фонарик, щелкнул кнопкой. Кивнул, когда увидел, что тот исправно загорелся.
– Я скоро вернусь. Ты подожди, хорошо?
Никто из группы не сказал ни слова.
Все вместе вышли в коридор и так же молча двинулись дальше. Аца шел впереди плечо в плечо с Алисой. Когда дошли до развилки, он остановился и повернулся к ней.
– Ну, вот и всё.
По новой прощаться не стали, только кивнули друг другу. Прежде чем сделать шаг в темноту, прорезаемую тонким лучом света, Алиса придержала Ацу за рукав.
– Когда мы доберемся до той стороны… Есть ли там кто-то, кому нужно рассказать?
Она не уточнила, что именно рассказать. Аца, кажется, и так понял. Покачал головой.
– Кому захочешь. Кому нужно будет знать.
Алиса кивнула. Сжала еще раз его руку, а потом отпустила и погладила по предплечью. Развернулась и быстрым шагом пошла впереди всей группы. Шаги пятерых людей отскакивали от стен гулким эхом и метались в холодных коридорах. Фонарик ровно светил.
По коридорам шли молча. Кажется, за последние сутки они выговорили все слова, которые у них были. Часть осталась на земле, оброненными под деревьями, в мавзолее и на аккуратных дорожках в музейном парке. Другие, которые они взяли с собой под землю, остались среди картонных коробок с фотографиями давно умерших людей. Сейчас вместо слов было неровное дыхание и мерные шаги.
