"Сейчас". - думала олениха, - "Нужно рассказать Ягморту о родстве с Аресом сейчас. Отряд
из Хортага перебили, Фархад сбежал, наших четверо полегло, Каррах калека. Не отправит же
он меня назад, когда..."
- Что ты топчешься? - внезапно обратил на неё внимание Ягморт.
- Арес - это мой брат. - тихо произнесла Мрита.
Ягморт, как ей показалось, не удивился, лишь пожал плечами.
- Вы, олени, все будто на одну морду, так почему бы и нет. Сразу чего не сказала? А, да...
Фархад...
Помолчав, волк продолжил.
- Я хорошо помню Ареса. Надеюсь, он ещё жив?
Мрита кивнула.
- Позволь мне идти с вами в Хортаг. - выдавила она, - Арес тебя не подвёл. Не подведу и я.
Волк смерил её взглядом.
- А куда тебя девать. Не ралхам же на шкуру. Сперва хотел с Каррахом в Агосаре оставить...
- он ощупал бок и оскалился, - Сама напросилась, потом не хнычь.
- Я не буду. - от волнения у Мриты вздыбился мех на загривке, - Правда.
Вынырнувший откуда-то Аард подмигнул ей и, дождавшись пока Ягморт отвернётся,
протянул увесистый свёрток.
- На. Пригодится. Смотри, Хаар с Раканой не показывай, отберут. Не разворачивай здесь! -
зашипел он, воровато озираясь, - Отойди вон, в низину. Заодно на унгала полюбуешься.
Унгалом Мрита "любовалась" недолго и издалека. Убедившись, что на неё не смотрят,
олениха с любопытством развернула подарок Аарда и тихо ахнула. Прикоснувшись, Мрита
уже не хотела выпускать из рук ледяное звенящее кольчужное полотно. Кольчуга была
длинной, до середины бёдер, собранная из паяных круглых воронёных колец. Кроме
кольчуги в свёртке был толстый кожаный салакаш, тяжёлый кожаный со стальными
пластинами шлем с подшлемником из волчьего меха и тёплая вязаная хурка. Услышав
приближающиеся шаги, олениха быстро сгребла добро в свой мешок.
На краю обрыва появился Оррий. Махнув Мрите рукой, шакал принялся осторожно
спускаться к воде.
- Видала? - хвастливо спросил он, и показал Мрите в руки длинный охотничий нож с
рукоятью из рога косули, - Урнала подарила. Сказала, что если б не мои бочки...
Шакал ухмыльнулся и важно задрал нос.
- Мы все благодарны тебе, Оррий. И за бочки и за Карраха.
-Точно? - Оррий лукаво склонил голову, - И до Хортагских предгорий доведёте?
- Можем и до Хортага.
- Ну нет... - шакал огляделся по сторонам, - Каррах зол на меня. Решил, что я с Ловцами...
- Они же вроде как просто рыбу ловят. Что в этом плохого?
Шакал улыбнулся и покачал головой.
- Видела бы ты рыбу эту.
Наверху, у Серого холма кто-то, наверное Аард, протяжно засвистел.
- Идём скорее. - спохватился Оррий.
Горящий в овраге бурелом стал погребальным костром тем, кто нашёл свою смерть в
битве с унгалом. От Короеда нашлись правое бедро и хвост. От Латры - правая рука с чудом
сохранившимся витым серебряным браслетом. Павшую от стрелы Уларгу сожгли на
отдельном костре, у подножия Серого холма. Полупереваренное месиво, исторгнутое
издыхающим унгалом, наскоро забросали песком.
- Вот и сходил Короед в Хортаг. - вздохнул Аард, глядя на поднимающийся к небу дым, - А
попал прямиком в Хорт. Да не один.
- Может и к лучшему, что не один. - отозвался сидящий рядом, на корточках, Каррах, - Не
представляю Короеда без сестёр. Рохом, помоги встать.
Барс поднял Карраха за плечи и отвёл к реке.
- И я бы мог. - обернувшись, рысь бросил взгляд на густой серый дым, а затем, посмотрев на
Рохома требовательно рявкнул:
- Только не говори, что Перк выжрал всю выпивку! А?
Барс промолчал. За его спиной, небо над Серым холмом прочертила горящая стрела.
Айн не обманул. Плот, надёжно привязанный и укрытый от чужих глаз в камышах,
дожидался их в Слепом рукаве. Сам же гривистый волк исчез без следа.
Той же ночью река понесла их плот на север, к холодному морю. Сплавлялись трое суток.
Всё это время Каррах носа не казал из палатки. Перк с неожиданной заботой таскал ему еду,
выносил лохань, делал перевязки.
- Провожу вас до Агосары и всё. - сказал он как-то Рохому, - Каррах оклемается - отведу его
в Рамир. Ягморт разрешил...
Рохом не ответил. Как оказалось, в бою от Перка немного пользы. Пускай лучше держится
от Хортага подальше. Сам же барс был доволен. Хортаг - это вам не берлога пьянчуг, вроде
Рамира.
Мрита ходила как поленом пришибленная. Олениха всё ещё до конца не верила, что Ягморт
принял её в отряд. Она прилежно выполняла приказы, боясь, что волк передумает.
Сам же Ягморт был задумчив и мрачен не больше обычного.
Ракана постоянно о чём-то шепталась с застенчиво хихикающей гиеной.
Урнала, предвкушая скорую встречу с Агосарой, торжественно молчала и заботливо
расчёсывала деревянным гребнем свою длинную белую шерсть, на плечах и шее.
Аард не оставлял безуспешных попыток подстрелить из лука рыбу, что очень забавляло
гиену и пуму. Наконец, плюнув на это занятие, он ловко сбил стрелой пролетавшую над
плотом лысуху.
Утром четвёртого дня Урнала бесцеремонно пихнула в бок задремавшего Рохома.
- Спит он. - возмутилась коза, - Самую красоту пропустит.
Из тумана вырастали две красные гранитные скалы. Вырастали и тут же терялись в низких
облаках.
- Красные Ворота Севера. - Ягморт указал топором на скалы, - Скоро Агосара твоя?
- После полудня будем. - пообещала Урнала.
