– Свиданий. Это когда дяденька влюбляется в тетеньку и зовет ее в какое-нибудь красивое место, чтобы провести время вдвоем, – шутливо съязвила Дейзи, за что получила легкий шлепок по руке. – В общем, это классная работа, которая тебе обязательно понравится. Фирма небольшая, но уже пользуется популярностью в Сан-Франциско.
– И как ты о ней узнала?
– Папа вот уже много лет вкладывает деньги в стартапы и помогает начинающим бизнесменам встать на ноги. Он ни за что не выберет бесперспективную компанию без будущего, у него на это глаз наметан, уж поверь мне. Обычно он предпочитает отдавать свои деньги в сферу IT или в финансы, но в этот раз что-то стрельнуло в его голове и он поддержал…
– …компанию по организации свиданий.
– Именно. – Дейзи ткнула в меня маффином и откусила еще кусочек. – Владелица этой компании – старая папина знакомая, которую он знает сотню лет. И угадай что? У них много заказов, с которыми они едва справляются, так что им как раз нужен еще один человек.
Я скептически скривилась и наконец притронулась к своему маффину с шоколадом. Когда нежное воздушное тесто коснулось моего языка, я позабыла обо всем.
– Ммм. Потрясающе.
– Самые вкусные маффины в городе! – подтвердила Дейзи. – Но вот пончики с вашими не сравнятся.
Ну и черт с ними, с этими пончиками. Я готова есть эти маффины на завтрак, обед и ужин.
– Так ты попробуешь?
– Я уже вовсю пробую, – с наслаждением простонала я, ощущая шоколадную феерию во рту.
– Да я не про маффин. Я про работу.
– Я поняла, о чем ты, Дейзи. Но не думаю, что эта работа мне подходит.
– Это еще почему?
– Я ничего не умею, кроме как собирать букеты и варить кофе. Я в жизни ничего не организовывала, семейные праздники даются мне с трудом. Вечно все идет не по плану. А организовывать свидания? Это точно не ко мне. Я на настоящем свидании-то никогда не была.
– Ты шутишь! А как же Нил Гарднер?
– Не думаю, что поход в боулинг-центр и поедание бургеров в забегаловке считается.
– А другие парни? Ты ведь с кем-то встречалась до Нила?
– Почти ни с кем. Я была не особенно популярна в школе.
– Как-то это все… печально. – Дейзи и правда взгрустнула, но тут же снова стала собой. – Ну, ничего. Мы найдем тебе и работу, и парня. И устроим настоящее свидание.
Мне бы хоть частичку уверенности и оптимизма Дейзи. Я бы горы могла свернуть.
– Кстати, о свиданиях, – как бы невзначай заговорила я. – Ты узнала, кем была та девушка с Райли?
Упоминание о бывшем женихе исказило лицо Дейзи до неузнаваемости.
– Он так и не признался, с кем крутил роман за моей спиной. Но я подозреваю, что это Линдси Даймонд, его соседка. Он месяцами уверял меня, что они просто дружат по-соседски, хотя меня раздражали их близкие отношения. Но, видимо, я была очень даже права.
– Мне жаль. Он настоящий идиот, если променял тебя на эту девицу. Но я должна тебе кое в чем признаться.
Дейзи посмотрела на меня так, будто своим признанием я собиралась растоптать ее окончательно.
– Когда я увидела их вместе, я так разозлилась за тебя, что вывернула по чашке кофе им на головы.
По столикам прокатился звонкий смех Дейзи. Несколько постояльцев оглянулись в нашу сторону, чтобы поучаствовать в нашем веселье.
– Холли, ты мой кумир! Теперь я обожаю тебя еще больше! Решено. – Для пущей убедительности подруга хлопнула ладошкой по столу. – Ты сходишь на это собеседование.
– Брось, Дейзи. Ты и насильно не затащишь меня туда.
На следующее утро я стояла перед входом с вывеской «Время любви».
Чертова Дейзи.
В моем мире ничего никогда не доставалось просто так. Еще с пеленок родители учили, что нужно усердно работать, чтобы что-то получить.
Но в Сан-Франциско жили по другим правилам. По крайней мере, теперь для меня действовали правила Дейзи Гамильтон.
Я жила в ее квартире, завтракала за ее счет, а теперь собиралась получить работу, на которой отец Дейзи замолвил за меня словечко. Если бы не Ричард Гамильтон со своим вдохновляющим желанием помогать другим и неизмеримой любовью к дочери, меня бы не пригласили в место, подобное этому. Чувство, что меня устроят по блату, грызло изнутри, как дворовый пес грызет кость.
Бежевая юбка-карандаш и нежно-голубая блузка от «Макс Мара», в которые нарядила меня Дейзи перед встречей, то и дело задирались, а мне приходилось их поправлять. Как будто я влезла в чужую кожу, которая была мне тесной. Но стильный наряд с плеча Дейзи подходил гораздо больше моих видавших виды повседневных тряпок.
Для законченности образа Дейзи вручила мне сумку-почтальонку и втиснула мои пятки в лаковые туфли с открытым носом. Мой педикюр не соответствовал лоску обуви, поэтому весь вчерашний день мы потратили на то, чтобы соскрести остаточную пыль с провинциалки из Модесто и вылепить новую Холли Холлбрук.
Когда Дейзи в последний раз провела кисточкой с румянами по моему лицу – завершающий штрих ее шедевра, – она позволила мне взглянуть на себя в зеркало. Если бы не все те же зеленые глаза Холлбруков, я бы себя не узнала.
