Дейзи вращалась в их кругах с самого детства. Не успела научиться ходить, как вошла в золотые залы элиты Сан-Франциско и знала всех известных личностей не только по именам, а лично. Наверняка она пила коктейли с этой Амелией Форд в каком-нибудь загородном клубе и сидела в отдельной ложе на премьере оперы, перебрасываясь восхищенными одобрениями с кем-то вроде Митчелла Сент-Джона. Я же никогда не была на опере и в загородном клубе сошла бы скорее за обслуживающий персонал, чем за одну из своих. Даже несмотря на мое кардинальное перевоплощение. Недостаточно просто перекрасить волосы и сделать маникюр, чтобы измениться. Я-то думала, что смогу покорить Сан-Франциско в своем новом облике, но под ним пряталась все та же Холли Холлбрук. Неуверенная в себе, мнительная и предпочитающая не привлекать внимание простячка из провинциального городка.
– Холли… – тихо произнесла мое имя Дейзи, закончив восхвалять «Время любви». – Ты не рада, что получила работу?
Мне стало так стыдно за себя. Дейзи столько для меня сделала. Как добрая фея-крестная превратила гадкого утенка в прекрасного лебедя, а тыкву-квартиру в Портоле – в белоснежные апартаменты в Сансете. А я была так неблагодарна. Сидела с кислой миной и бокалом такого же кислого дорогого шампанского и жалела себя. Дейзи протянула мне золотой билет, а я вертела нос, боясь принимать его.
– Дейз. Я так благодарна тебе за все, что ты и твой отец для меня сделали. Я никогда не смогу отблагодарить вас за доброту. Надеюсь, ты не думаешь, что я черствая и неблагодарная, повисла у тебя на шее…
– Брось, Холли, – перебила меня подруга, умостилась на пол возле меня и сжала мои влажные руки в своих бархатистых. – Я очень рада, что ты здесь. И была рада помочь тебе найти работу. Я купалась во всем этом, сколько себя помню, и даже не представляю, как сложно начинать все заново. Если когда-нибудь у меня в жизни наступит черная полоса и я окажусь в незнакомом городе, который хочет растоптать меня, я надеюсь, что кто-то тоже поможет мне встать на ноги.
Я с нежностью взглянула на подругу, уговаривая слезинку спрятаться обратно. Я была слишком напугана и уже изрядно подвыпила, чтобы все чувства прорвались наружу.
– А еще я надеюсь, что ты увидишь себя моими глазами. Поймешь, какая ты чудесная и невероятная. Блин, да ради меня никто не рисковал своей работой! Ни одна из моих якобы подруг не посмела бы вывернуть кофе на моего жениха, только чтобы отомстить за меня.
Я вспомнила Райли и его выражение лица, когда струйки кофе залили его модельное личико. И мы рассмеялись.
– Просто поверь в себя, Холле. Ты достойна этой прически, этой квартиры и этой работы. Ты достойна всего самого лучшего, просто еще сама этого не поняла.
– Спасибо тебе, Дейзи. Никто не говорил мне таких слов. – Я была уже на грани опьянения и взрыва эмоций. – Я уже подумывала над тем, чтобы вернуться в Модесто, но благодаря тебе смогу остаться.
– Вот видишь.
– Эта работа… Все так странно. Она интересная и весьма прибыльная, я бы смогла вернуть долги и платить свою часть за квартиру, расплатиться за то платье, встретить новых людей…
– Но…
– Но. Она не для меня.
– Ты выдумываешь.
– Нет, Дейз.
– Это же обалденная работа! Я бы сама туда устроилась!
– Так почему же предлагаешь это место мне?
– У меня уже есть работа.
Дейзи впервые упомянула, что в ее шикарной жизни есть место не только шопингу, салонам красоты и модным кафешкам. Я не могла упустить этот шанс и спросила:
– Кстати об этом… Дейз, а кем ты работаешь?
– Ну я… – Дейзи замялась, будто собиралась сообщить, что по вечерам танцует в стриптиз-клубе «Голые попки». – Специалист по брокерской деятельности.
Чего, простите? Шампанское чуть не расплескалось по бархатной обивке. Я чувствовала, как мои глаза выпячиваются, как у какой-нибудь скользкой ящерицы.
– Обалдеть! Я-то думала, что ты снимаешься для какого-нибудь глянцевого журнала или ведешь блог о красоте.
– Вот поэтому я редко говорю о своей работе, – с оттенком грусти сказала Дейзи и подлила себе просекко. – Всем кажется, что я взбалмошная, веселая дурочка, у которой полно денег, но недостаточно мозгов.
– Я никогда так не думала, – заверила я подругу, но слегка покривила душой. – То, что ты делаешь… Но это же круто!
– Да. Я закончила Гарвард, и папа устроил меня к себе в фирму. Теперь я отслеживаю изменения стоимости ценных бумаг и мировых валют, заключаю прибыльные сделки.
Я не могла поверить, что девушка передо мной, которая от зубов отчеканит названия последних коллекций «Шанель» или с закрытыми глазами угадает «Шато Латур» среди дешевого мерло по одному глотку, как рыбка в воде лавирует в сфере финансов.
– Дейзи, не надо стесняться того, чем ты занимаешься, – искренне заметила я, видя, как расстроилась подруга. – Ты разбираешься в том, в чем другие ничего не смыслят! Да ты за пояс заткнешь любого финансового магната Сан-Франциско.
– Скажешь тоже…
– Но это правда. Тебе ведь нравится то, чем ты занимаешься?
– Да. – В глазах Дейзи появился блеск. Она говорила от души. – Я люблю свою работу. Правда, люблю.
– Но… – поддразнила я, переняв ее тактику.
