Ведя машину, Олег иногда бросает через зеркало взгляд на заднее сидение, чтобы проконтролировать состояние неожиданной попутчицы. За два часа дороги она не только почти успокоилась, но и задремала. Хотя даже через сон иногда всхлипывала и упрямо повторяла одно и то же имя: “Андрей! Андрюша!” С уже знакомой болью, с надрывом, со слепым отчаянием. То, что в первые минуты поразило Олега, сейчас начинало уже раздражать, поэтому мужчина нет-нет, но закатывал глаза и только крепче сжимал пальцами руль.
Поразительно! Просто поразительно! Чем же таким особенным этот самый Андрей мог заслужить такую отчаянную любовь?
Хотя много ли надо молодым трепетным девочкам, к которым, похоже, относится и эта невеста? Вряд ли. В свое время даже Софья Уколова, эта умница и красавица, гордость школы и университета, предпочла из двух поклонников выбрать бесперспективного и вздорного Серегу без каких-либо связей, а не наследника крупного и весьма устойчивого даже в 90-х мебельного бизнеса Олега Должанского.
Почему так?
Да потому то есть такая категория женщин, которые делают свой выбор сердцем, а не логикой. Которые тянутся не к тому, что богаче или красивей, а с которым они чувствуют себя спокойно и надежно, с которым и небо ярче, и солнце теплей.
Хотя, надо отдать Сереге должное, он и правда оказался именно таким. Не обманул ни Софиных, ни своих собственных надежд. Начав подрабатывать в университете курьером при одном ресторане, Сергей не только не оставил беременную Соню без присмотра, но с завидным рвением хлопотал и молодой супруге, и о благосостоянии молодой семьи. Быстро от службы доставки перешел к управлению и менеджменту, а после открыл собственное дело. Его ресторанный бизнес не быстро, но уверенно пошел в горы, и в итоге друг открыл точки не только в других городах, но и за границей.
У них с Софьей была мечта — переехать в Чехию. И этой мечте не могла помешать даже третья беременность. Немного неожиданная и внезапно уколовшая Олега странной обидой, хотя у них с Леной на тот момент были обе дочки.
Наверное, потому что Должанский никогда не терял надежды. Даже женившись. Даже родив детей. Даже продолжая поддерживать теплые и нежные отношения с Софьей и Сергеем.
Его сердце упрямо тянулось к молодой женщине, хотя та не давала ни малейшего повода для ухаживаний. Да и сам Олег не позволял себе лишнего. Хотя Лена, конечно, догадывалась обо всем. И терпеливо мирилась с причудами своего супруга, как с чем-то само собой разумеющимся.
Странно…
К чему все эти воспоминания? Откуда они вообще взялись?
Да еще и сегодня…
В такой совершенно обычный и ничем не примечательный, не считая заблудшей души в свадебном платье, день.
Да уж…
Вечер обещает быть томным. Точнее говоря, ночь.
Мягко затормозив и заглушив двигатель, Олег устало трет основаниями запястий глаза и легонько встряхивает головой, разминая шею.
И поворачивается, чтобы поглядеть на девушку и аккуратно разбудить ее.
За два часа опухлость лица, разумеется, никуда не ушла. Да и тонкие брови до сих пор сведены на переносице, образуя на высоком лбу некрасивые складочки. Россыпь светло-русых волос, несмотря на бардак и пакли, приятно обрамляет тонкое личико, делая его мягким, беззащитным и очень уязвимым. Плюс это белое облако из юбок и кринолина — сущий ангелочек. Разбитый, израненный, но ангелочек.
— Девушка, — осторожно зовет Олег, — Просыпайтесь. Приехали.
Удивительно, но невеста сразу же чутко реагирует — порывисто вздохнув, она распахивает глаза и недоуменно хлопает ресницами. Сфокусировав взгляд на мужчине, девушка удивленно шарахается, но на заднем сидении это бессмысленно. И Олег ожидает очередного приступа истерики. Или, что более вероятно, паники.
Но невеста удивляет его. Прикрыв глаза, она снова глубоко вздыхает, и на ее лице появляется странное выражение обреченной покорности.
— Вы меня не бойтесь, — неожиданно для себя говорит Олег, — Я не сделаю вам ничего плохого. А только искренне хочу помочь. Скажите, как вас зовут?
— Таня, — тихонько шелестит девушка, нервозно пожимая плечами.
— Прекрасно. А я Олег, — мужчина протягивает ладонь для рукопожатия, — Будем знакомы.
Я не понимаю, где я и кто этот мужчина, сидящий на водительском сидении.
Я не помню, ни как оказалась в этой незнакомой компании. Ни в этой машине. Ни как вообще выбралась с этой чертовой свадьбы.
Чувствую себя очень странно и неприятно — как физически, так и морально.
В голове пусто. Горло страшно саднит.
А в груди каменная тяжесть, из-за которой я боюсь сделать лишний вздох.
Сил на то, чтобы пугаться и представлять всяческие ужасы, нет. Нет и и элементарного чувства опасности, которое я всегда инстинктивно испытываю в присутствии незнакомых мужчин.
Я прислушиваюсь к себе. Вспоминаю тот ужас, свидетелем которого невольно стала. И, кроме острой боли и тоски, ничего не ощущаю.
Но я не плачу. И не кричу.
Устала.
Да и некрасиво будет перед странным и подозрительно сердобольным незнакомцем.
Хотя, кажется, он приличный человек. В глазах — ни похоти, ни угрозы.
