— Что с тобой? — обеспокоенно спросил Сириус. — Ты ранен?
— Нет, — сквозь зубы выдохнул брат, быстро спрятав руки за спину. — Всё в порядке!
— Ага, конечно, — не купился Сириус. — Давай посмотрю.
— Не надо.
Сириус попытался заглянуть ему за спину, но тот уклонился.
— Как в пять лет!
— Не трогай меня, пожалуйста, — в голосе послышались умоляющие нотки. Не может быть, что…
Сириус резко схватил Регулуса за локоть, дёрнул руку на себя и задрал рукав.
Клеймо. Чёрная уродливая змея шевелилась на коже его брата, выползая из черепа, раззявившего пасть. На неё было больно смотреть. Регулусу, казалось, — тоже. Он отвернулся. В груди Сириуса что-то зашевелилось, нечто невообразимое поднималось из глубины души, рвалось наружу, отчаянно ударяя о рёбра. Сердце. Его сердце готово было взорваться от ужаса. Он ослабил хватку, и Регулус почти тут же отдёрнул руку, натягивая ткань рубашки до запястья, стискивая в пальцах манжету. Ярость комом встала в горле и душила. Сириус издал страшный грудной звук, похожий на рык.
— Ты один из них!
У Регулуса хватало ума молчать, но его несчастное выражение лица от чего-то ещё больше подхлестнуло гнев Сириуса. Он с силой пихнул брата в грудь так, что тот едва удержался на кровати.
— Как ты мог? Чем ты думал? Служка на побегушках у Волдеморта! Тупоголовый слизняк!
— Сириус, я…
— Нет! Проклятье! Нет. Тебя больше нет, есть только метка! Он убивает невинных, слышишь? Твой обожаемый Лорд. Его цепные псы взорвали рог громамонта в маггловском квартале в прошлом месяце! И после этого… или… Погоди, ты тоже был среди них?!
— Нет! — воскликнул Регулус, ещё сильнее сжав запястье левой руки. — Меня там не было. Я не знал, клянусь! Я был в школе. Меня не вызывали. Я не думал…
— Ты жалок, — выплюнул Сириус, вскочив на ноги. А он-то беспокоился о нём, волновался…
В глазах Регулуса блеснули слёзы.
— Знаю, ты в бешенстве, и я не оправдываюсь. Я хотел сказать, но не так, не сейчас. Просто выслушай меня, пожалуйста…
Сириус провёл ладонью по лицу. Его мозг кипел.
— Когда? Когда это случилось?! Это Белла, да? Хотя нет! И знать не желаю! К чёрту. Делай, что хочешь. Поверить не могу, что мы одной крови. Ты…
— Скажи это! — воинственно потребовал Регулус с окаменевшим лицом.
— Ты больше не брат мне.
— Не брат? Не брат?! А что ты хотел? — взвился Регулус, на глазах теряя спокойствие. — Не желаешь знать меня, да? Как удобно, Сириус, — прошипел он. — Ты никогда не хотел ничего слышать и видеть, поэтому и удрал к Поттерам, — Регулус рванул рукав, обнажая метку. — На вот — посмотри теперь! Любуйся!
— Я ухожу.
Сириус взялся за дверную ручку. Казалось, он мог расплавить её касанием. Он весь горел. Его трясло.
— Я всегда был один, — прошептал Регулус, но Сириус услышал, точно голос был набатом. — Ты и не был мне братом.
«Заткнись! Заткнись! Заткнись!»
Сириус молниеносно обернулся.
— Ой, прости, что не вывел тебя за ручку, когда выстроилась очередь за меткой, и не усадил за детский столик.
Регулус опустил глаза на свои сцепленные ладони и процедил голосом, полным смертельной злобы:
— Убирайся.
— С удовольствием.
— Беги, — бросил Регулус, надменно изогнув губы. — Это ты умеешь! Беги к своим друзьям, с которыми тебе так радужно и весело. Да только одного уже не хватает, но для тебя главное, что это не драгоценный Джеймс.
Да как он посмел?! Сириус с нечеловеческим воплем накинулся на Регулуса, отбросив его назад. Они кубарем свалились с кровати, пихая друг друга локтями, нанося удары, не разбирая куда.
— Ненавижу тебя! — вскричал Сириус. Он тяжело дышал, отплёвывал лезущие в рот волосы и сжимал-разжимал кулаки, придавливая Регулуса к полу. — Бесхребетный рохля, — он встряхнул брата за грудки. — Ты никогда не был на моей стороне, только поддакивал мамочке. Её сокровище, как же!
Бродяга занёс кулак и опешил, когда Регулус содрогнулся от дикого хохота. Он смеялся сквозь слёзы, смеялся, как ненормальный.
— Мерлин! Это ты, дурачина! Ты был её любимчиком, Сириус, — выдохнул Рег и, не дав ему опомниться, с невероятной силой оттолкнул Бродягу от себя. На его лице отразилось отвращение, словно перед ним восседала рогатая жаба. Чистый яд сочился в его голосе. — Я был ребёнком, который хотел завоевать родительскую любовь, хотя бы частичку внимания, но мама была помешана на тебе. Ты жадный! Тебе всё мало. Сириус, Сириус, Сириус… Заевшая пластинка. Ненавидь меня и дальше, если тебе так легче.
— И буду! До конца жизни! — заорал Сириус и выскочил из комнаты, хлопнув дверью. Он сбежал вниз, изрыгая бессвязные угрозы и проклятья. Да, он будет ненавидеть его всем своим существом. Решено!
Снейп подвернулся под руку дьявольски невовремя.
— Что за шум?
— Ты тоже, да? — ядовито осведомился Сириус, грубо убрав его с дороги. — Вы оба — ублюдки в маскарадных тряпках?
Северус молча прожигал его убийственным взглядом. Они стояли и смотрели друг на друга, словно меряясь ростом. Бродяга расхохотался. Ярость охватила его и всколыхнула нечто грязное в душе, липкое, ледяное.
