– Снова спазм? – с плохо скрываемой иронией спросил Леший.
– Да, – неубедительно соврал Максим. – Не такой сильный, как раньше, но…
– Посторонись, болезный, – Леший оттеснил Макса и полез в подвал первым.
Он спрыгнул на земляной пол тоннеля и осмотрелся. Интерьер был так себе. Не то что в бункере. Но больше всего Лешему не понравилась давящая на психику ограниченность пространства.
«Подвалы и тоннели. Почему всегда подвалы и тоннели?! Что мы, как крысы какие-то?!»
Стены, пол и потолок, казалось, покрыты слоем темного стекла, до такой степени их прожарила регулярная плазменная зачистка. Сопла горелок угадывались в потолке, через каждый метр. Леший протянул руку к стене, но тут же отдернул, горячо. В тоннеле вообще было жарко и душно. Если бы не фильтрующие маски с кислородной подкачкой из встроенных в боевой костюм резервных баллонов, тут действительно имелся шанс задохнуться, Лера не нагнетала.
Несмотря на жару, Леший поежился. Чем-то этот гладкий тоннель напоминал нору Цепня. Ассоциация не самая приятная. Леший на всякий случай снял ИПП с предохранителя и положил на сгиб локтя. Горелки горелками, а осторожность не помешает.
Сверху спустился Макс, а за ним и Лера. Как бы реабилитируясь за проявленное малодушие, чистильщик, в свою очередь, оттеснил Лешего и двинулся по тоннелю первым. Максим, видимо, тоже не до конца верил в надежность плазменной системы безопасности, поскольку шел медленно, короткими шажками, не опуская ИПК.
Лера, в отличие от сталкеров, держалась вполне расслабленно, шла уверенно и оружия не касалась. Можно сказать – с гордо поднятой головой, но тут выходила накладка. Потолок в тоннеле был невысоким, метра два – максимум, минус сопла горелок и поперечные балки через каждые десять шагов, уменьшавшие высоту тоннеля примерно до метра восьмидесяти. Как раз до роста Леры. Поэтому ей приходилось периодически кланяться, так же как и ее эскорту.
Когда позади осталось метров сто, Лера обернулась и в очередной раз с подозрением уставилась на Лешего.
– Что опять не так? – сталкер бегло осмотрел свою одежду.
– Думала, ты отстал.
– Я и не приставал, сама начала.
– Хватить ерничать. Я думала, что ты за нами не успеваешь.
– Не безногий вроде бы.
– Шагов не слышала.
– Сам не слышу. Это плохо?
– Так мало кто умеет ходить. Кто научил?
– Ответ тот же, – Леший указал большим пальцем вверх.
– Тоже не знаешь? – Лера нахмурилась. – Прав был Хасан, к тебе с душой, а ты… как свинтус какой-то!
– Лера, ну не обижайся! – Леший схватил девушку за локоть. – Говорю же, мне помогать надо, а не обижаться.
– К психоаналитику иди за помощью, – Лера все еще дулась и говорила резко, но уже беззлобно.
– Слушай, а кто придумал такой смешной код доступа? – пытаясь переключить и себя, и Леру на более легкую волну, спросил сталкер. – Текущая дата и твое имя. Сама? Его ведь вычислить – раз плюнуть!
– Это просто традиция, – пояснила девушка и вдруг спохватилась. – Резервного кода мало, чтобы попасть в бункер. Как ты все-таки сумел войти?
– О чем я тебе и толкую уже битый час. Мой имплант знал основные коды. Только не спрашивай опять – откуда! На этот вопрос скорее ты ответишь, чем я.
– С тобой ничего странного недавно не случалось?
– Со мной каждый день что-нибудь случается, – Леший на миг задумался, стоит ли посвящать Леру в тайну своего непонятного воскрешения, но решил, что это будет перебором.
К тому же, уши навострил Максимка, которому о таких вещах вообще не полагалось знать.
Заметив, что его интерес обнаружен и стал причиной паузы, Максим сделал вид, что обернулся по делу.
– Алло, штатские, далеко еще до пристани?
– Топай, топай, мимо не пройдешь, – Леший махнул рукой.
– Никаких основных кодов не существует, – задумчиво глядя вслед Максиму, проронила Лера. – Компьютер распознает особую матрицу, на основе которой в свое время были созданы несколько имплантатов специальной серии. На сегодняшний день такие импланты имеются только у двух человек. У меня и… еще у одного… не важно, у кого. Все остальные исчезли во время Катастрофы.
– Может, мой имплант…
– Нет, не может! – перебила Лешего девушка. – Он не мог шесть лет… или сколько ты в Зоне?
– Пять с половиной.
– Он не мог пять с половиной лет работать вполсилы, как обычный имплант, и вдруг проснуться! Этого нет в программе.
– Может, какой-нибудь режим ожидания…
– Еще раз нет! Импланты нашей серии могут работать автономно довольно долгое время, могут даже периодически обновлять базу данных, но если обретают носителя, то включаются на всю катушку сразу.
– Автономно? – в голове у Лешего зазудела, словно разбуженная муха, какая-то толковая мысль, но сталкер никак не мог ее поймать. – Долгое время – это сколько?
– Лет десять, не меньше.
– Серьезная заявка, – Леший снова попытался сцапать жужжащую мысль, но она опять ускользнула.
Лера жестом дала понять, что разговоры закончились, и ускорила шаг.
– Максим, притормози, теперь я пойду первой.
– Не возражаю, – чистильщик заметно расслабился и остановился, поджидая Лешего.
