— Вот и хорошо. — сказал я. — Если ты не против, объясни ситуацию полковнику сам. В конце-концов у тебя звание выше чем у него, он тебя послушает.
Вчера за обедом глядя на доктора я понял что ему можно доверять, мне нужно было верить кому-то в этом мире. Он подходил идеально. Я спросил Дашу:
— Что ты думаешь если я всё расскажу доктору Гешке?
— Всё? — задумалась она.
— Совсем всё! — ответил я глядя на мою умницу.
— Доктор, вам можно доверять тайны? — она взяла его руку в свою.
— Если это не противоречит моей чести и присяге. И зовите меня Бруно, пожалуйста.
— Ты можешь начинать. — сказала Даша и отошла к баллюстраде якобы любоваться закатом.
Она очень быстро учится, девочка моя. Только я никогда не говорил ей класть большой палец на руку человека которому задаёшь вопрос. Это уж она сама.
— С самого начала?
— Вы меня удивляете Серж, начните с самого главного.
— Ага! В общем в августе этого года я и Чарли…
Он слушал не перебивая. Прислуга давно ушла и роль кухарки взяла на себя Даша.
Я закончил рассказ только в половине второго ночи.
— Вопрос можно? — поднял руку Бруно. — Ты совершенно уверен что эти Тёмные силы существуют? Подожди, подожди! — замахал он руками видя что я собираюсь взорваться от усталости и выпитого алкоголя.
— Я о том что многие философы в конце-концов приходили к осознанию того что кто-то всё время вмешивается, только раньше это называли дьяволом.
С момента появления Чарли у меня было чувство незавершённого. Помнится я хотел сесть и подумать…
— Чарли! Иди поближе и начинай говорить где ты был с момента как мы расстались!
— Там и рассказывать нечего. Больничная палата без окон и швейцарцы в скафандрах.
— Ты настаиваешь что это была Швейцария?
— Это они сказали!
— Как они тебе это сказали?
— Когда я спросил где мы, они ответили что в Швейцарии, мол только не в той что ты знаешь.
— Ты просился куда-нибудь погулять? Или в город?
— Сказали что нельзя, типа я большой такой микроб или вирус, поэтому меня надо лечить сначала.
— Они пытались тебя учить чему-нибудь?
— Фильмы давали смотреть старые, а потом вопросы задавали, как-будто я должен знать ответы…
Мы переглянулись с Бруно.
— Сублимация. — тихо сказал он. Я кивнул. Доктор подтвердил то что я уже знал.
— Но почему он ничего не запомнил?
— Чарли художник.
И видя его непонимающий взгляд добавил:
— Я подметил эту его особенность ещё в начале нашего знакомства. Дело в том что он оперирует образами. Например если ты спросишь его сколько будет дважды два, он сразу вспомнит как рисовать лошадь и скажет четыре. Но на «девять умножить на девять» он никак не откликается, таких животных нет. Цифры и знания законов для него пустой звук.
— Тогда почему они его отпустили?
— Я думал об этом, скорее всего только для того чтобы вести вертолёт. Всё остальное можно было подкинуть или внушить. Знаешь что-то вроде озарения. Потому и прислали диверсантов убрать меня.
— Да, я знаю. — улыбнулся он. — Это было спонтанное решение высшего руководства, и ничем не обоснованное.
— Генералу моча в голову ударила. Теперь видишь на что они способны?
— Если это так, то они хотят чтобы ты провёл войсковую операцию под Кёнигсбергом руками этих одиннадцати человек? Но это же невозможно!
— Раненых и убитых они просили присылать к ним. Обещали вернуть как новеньких.
— С новенькими знаниями и заданием?
— Ты на ходу рвёшь подмётки, Бруно.
— Получается что их использовать нельзя. Что ты собираешься делать?
— Есть кое-что…
Вот здесь и произошло явление полковника Громова народам.
— Прежде чем мы начнём говорить о деле… — сказал доктор Гешке, — Один вопрос полковник. Вы позволите?
Громов молча кивнул соглашаясь.
— Скажите что значила эта бравада? Вам надоело жить? Или какие-то другие мотивы? Прошу отвечать честно, от этого зависит ваше будущее. Думайте.
Я сидел рядом и слушал о чём они говорят. Конечно заточение даже такое мягкое сказалось на нём. К тому же безработица в перспективе. Жена… с этим всё ясно. Пилила и пилить будет, даже осыпь её бриллиантами с ног до головы, к тому же красавица. С ними ещё труднее. Может взять её с собой? Показать всё вывернутое нааизнанку, чтобы мужа своего так не доставала? Он не согласится, ну как же защитник! Это тебя от неё защищать надо, пока глупость не сделал.
— Вот так, полковник. Командировка будет нелёгкая. Соберите своих подчинённых. Берите самых подготовленных и конечно они должны понимать степень риска.
— Могу ли я сказать куда?
— Нет, — покачал головой Доктор. — скажете просто: в район боевых действий. Нам нужны не солдаты удачи, готовые за деньги на всё, а те у которых бой в крови. Поэтому про деньги пока молчите.
Когда полковник ушёл я повернулся к Бруно.
— Доставай свой компьютер.
— Что ты придумал?
— Ищи небольшой лагерь подальше от основных коммуникаций.
Искорка проскочила в его глазах. Понятливый, сообразил.
— Где?
— Чем дальше, тем лучше.
— Как насчёт России?
Я сидел и тихо балдел. Ну какая тварь, серая она или синяя может просчитать такое?
Последний штрих.
— Не хочу тебя пугать, но может быть будет лучше если ты перевезёшь свою семью сюда?
— Я хотел сам попросить тебя об этом.