Солдаты схватили Ивана Зосимовича на этот раз не грубо и повлекли в соседнюю комнату, где висели комбинезоны и военно морская форма. Быстро подобрав ему подходящий размер они отвели его назад и посадили за стол между штурмбаннфюрером Циммером и капитаном Гюнтером фон Браухич, также по случаю при полном параде.
Слегка пьяный уполномоченный не сразу заметил что в кают-кампании находится оператор снимающий фильм. Весёлое наплевательское состояние овладело им. В течение обеда он сам десяток раз срывался со стула чтобы прокричать как и немцы «Хайль Гитлер!», чем заслужил одобрение советника.
— Немцы щедрый народ, — разглагольствовал господин Циммер, — они всегда заботятся о своих помощниках. Разрешите господа наградить нашего Ивана дружеским авансом. Поскольку нет уз сильнее чем дружба. Внесите!
Два моряка внесли и поставили на стол перед Иваном Зосимовичем деревянный ящик.
— Открой, дорогой друг!
Внутри лежали два бруска золота с надписями на иностранном языке.
— Не меньше пуда! — глаза уполномоченного заблестели. — Чёрт, где же мне тратить такие деньги?
— За каждую партию заключённых ты Иван будешь получать столько же. А теперь господа, позвольте мне поднять бокал за наш новый гешефт. Мы будем добывать из этой негостеприимной земли драгоценный металл, которым будем щедро делиться со всеми кто помогает нам. За нас, господа! За наших друзей! Зиг хайль! Зиг хайль! Зиг хайль!
В эту ясную белую полярную ночь звуки чужих голосов ещё долго разносились над Быковской протокой.
— Поясните мне Август, неужели это всё затевалось только для того чтобы добыть несколько тонн презренного металла. — сказал Гюнтер когда они вместе зашли к нему в капитанский кубрик.
— Только не говорите мне что вы поверили в эту сказку для русского. Всё гораздо сложней.
Ну, ну! Улыбнитесь! Рейхсканцелярия подтвердила ваш допуск к секретам Империи. Теперь вы их носитель, а это накладывает определённые обязательства.
— Что вы имеете ввиду?
— Только то что сейчас вы капитан-лейтенант, командир субмарины, никому не известный офицер, но после того как я произнесу волшебное слово, вы автоматически становитесь SS Kriegsmarine Sturmbannfuhrer Gunter von Brauhich и кавалером Железного креста.
— Дьявольщина Август! Говорите ваше волшебное слово скорее!
— Здесь будет наша база подводных лодок.
— Но зачем?
— С Таймыра оленные тунгусы будут возить радиоактивный материал нужный для… Вы знаете что-нибудь о радиоактивных материалах? Уран, к примеру?
— Признаться господин советник…
— Ничего мой мальчик, это не страшно. Загружаться будете здесь, и отвозить в Норвегию. Там находится наша обогатительная фабрика.
— Под носом у русских и норвегов? Как призраки?
— Неплохая идея! Я посоветую фюреру это название для нашего невидимого флота. Die Spectre. Звучит? А презренный металл, как вы сказали, мы будем поставлять русским, как компенсацию за беспокойство. Кто-то валит лес, кто-то добывает золото. Думаю Сталину понравится, поэтому недостатка в людских ресурсах у нас не будет. Он будет давать столько, сколько мы будем требовать. Великолепное место! — сказал он после недолгого молчания. Видите остров?
Палец Августа Циммера описав дугу был сейчас направлен на темнеющую массу посередине залива.
— Это остров Столб, сто с лишним метров высоты. Наши субмарины идя на перископной глубине всегда смогут взять правильный ориентир на базу. Завтра будем искать.
Пройдём по протокам. Нам нужно укромное место.
Через два месяца пришёл первый транспорт с заключёнными которые были списаны Главным управлением лагерей как естественные потери замёрзшие во льдах, первый и последний в этом году. Сто двадцать человек под покровом ночи были переведены на две ожидавших на рейде VII-B субмарины с демонтированными носовыми торпедными аппаратами. Вместо четырёх аппаратов и четырнадцати торпед они теперь могли брать на борт двадцать дополнительных тонн груза. Был сохранён только кормовой, но впоследствии отказались и от него. В нём с 1941 по 1945 транспортировали военнопленных вместо заключённых признанных нерентабельными. Сборный пункт был в Пиллау где людей сортировали по профессиям. Немецкие субмарины не трогали советские суда восточнее острова Колгуев, всю войну ходившими без конвоя. И хотя о встречах с ними регулярно сообщалось в Москву, этому не придавали значения. Северный морской путь был «зоной мира». Тайна была соблюдена. И существует до сих пор.
— Стоп, Бруно! Ты меня убедил. А как называлась другая база?
— Точный адрес: посёлок Лиинахамари, Девкина заводь, Россия. Там находится затопленный секретный завод. Откачать воду невозможно, хотя весь комплекс находится выше уровня моря.
— Тогда какая же она норвежская?
— Раньше была…
Я похлопал его по руке.
— Забудь об устье Лены, мой дорогой друг. Запомни: Лиинахамари. Мы обсуждали только этот вариант. Другого не было и не могло быть. Запомнил что ты привозишь свою семью в замок послезавтра?
Он кивнул.
— Тогда до суботы?
После его отъезда я прошёл в половину занятую диверсантами.
— Здравствуйте, господа хорошие! Мне очень неприятно, но пришло время расставаться.