Прикусив нижнюю губу, я задумалась, и действительно, не придумала ничего, что могло бы помешать переезду. Как мы уже говорили, мы уже спали в одной постели каждую ночь. Вместе просыпались, ели и проводили друг с другом как можно больше времени.
— Нет, — сказала я.
Я была уверена, что Грейсон чувствовал то же самое, что и я. Мы не только любили друг друга, но после страха потерять Лори я не хотела ничего упускать. Грейсон был тем, кого я хотела видеть в своем будущем. Время было драгоценным, и рисковать им из-за глупостей было нельзя.
— Хорошо. — Он усмехнулся, прежде чем поцеловать меня. Его лоб коснулся моего, и я увидела его улыбку, прежде чем он сказал: — Я также хотел бы заявить, что в выходные дни мы должны быть голыми.
Я откинула голову назад и рассмеялась. Грейсон губами коснулся моей шеи, воздух от его тихого смеха ласкал мою кожу.
— Ну ладно, босс. Мы можем поговорить об этом за ужином. Вы обещали мне вкусную еду, и мы уже опаздываем.
Он с ухмылкой закатил глаза, а затем взял меня за руку и вывел из квартиры.
***
Была только одна проблема, связанная с Грейсоном Джексоном, он привлекал много внимания со стороны женщин. На самом деле, даже несколько мужчин обратили на него внимание. Обычно я не была ревнивой. Но понимала, почему они смотрели. Мой мужчина был горяч. Но иногда мне хотелось заглянуть нескольким женщинам в глаза. Особенно после того, как они смотрели на меня, идущую с ним рука об руку, с ехидным выражением лица, поджатыми губами и насупленными бровями. Я знала, о чем они думали. Что такой мужчина, как он, мог делать с такой женщиной, как я? Прежняя я, та, что была с Робертом, смутилась бы за Грейсона. Я бы усомнилась в своей внешности и задумалась, достаточно ли я хороша для мужчины, стоящего рядом со мной. Та женщина, которой я была до Роберта, была той же самой, которая шла рука об руку с Грейсоном, и в итоге я не обратила на них внимания, выкинув из головы, что они меня осуждали. Мне было все равно. Нет, это было неправильно. Реальность заключалась в том, что меня осуждали. Это было больно, хотя мне очень хотелось, чтобы этого не происходило. Но Грейсон всегда давал мне понять, как я важна для него. Я что-то значила для него. Поэтому его уверенность во мне помогала моей собственной.
Кроме того, Грейсон считал меня чертовски сексуальной. Это тоже очень помогало.
И хотя официантка, которая вела нас к столику, обратила внимание на Грейсона, я проигнорировала это и продолжала держать свою руку в его, улыбаясь ему, когда он оглядывался на меня. Это было наше первое официальное свидание за ужином. Мы и раньше обедали, ходили в зоопарк, кино и театр. Но никогда не одевались, чтобы пойти на ужин вдвоем.
Когда он предложил это утром в душе, я покраснела и робко сказала ему, что мне это очень нравилось.
Грейсон пододвинул мне стул. Я быстро села, а он обошел меня с другой стороны и сел на свое место. Мы находились в дальнем углу французского ресторана, освещение было неярким, романтичным, а на заднем плане играла тихая классическая музыка. Мой желудок забурлил от нервов и волнения одновременно. Мне нравилось бывать с Грейсоном. Я любила и гордилась тем, что находилась рядом с ним.
Мы заказали напитки, и официантка отлучилась, чтобы принести их. Я взяла меню и открыла его.
— Когда мы с Диланом росли, моих родителей не было рядом, — неожиданно сказал Грейсон. Я положила меню на место и посмотрела на него через стол. Он грустно улыбнулся. — У нас была няня. Она была такой, какой должна была быть наша мать. Теплая, милая, любящая. Когда мы подросли, нам казалось, что все матери такие, как наша. Пока не стали гостить у друзей и не поняли, что это не так. Я много раз завидовал своим друзьям, потому что у них была заботливая мама, а у нас нет. Но все равно, — усмехнулся он, — в конце концов, мы понимали, что без ее внимания нам будет лучше. Она была вся в себе, как и наш отец. Они ненавидели друг друга, но все равно оставались вместе, у обоих были партнеры на стороне. Нас никогда не били и ничего подобного. Мы были просто невидимы для них, если только речь не заходила о каких-то публичных мероприятиях. — Он вздохнул. — Я пытаюсь сказать, что никогда не хотел бы таких отношений со своими детьми и женой. Я буду рядом. Покажу всем нашим детям, как много они для меня значат, и позабочусь о том, чтобы они знали, что могут обратиться ко мне по любому поводу в любое время.
Он сказал это, и от одних этих слов у меня на секунду остановилось сердце, дыхание и замерло тело.
Протянув руку, я сжала его и сказала:
— Ты никогда не будешь таким, как они. Я вижу беспокойство в твоих глазах, но ты теплый, милый и очень любящий, каким тебя воспитала твоя няня.
— Милый? — он прищурился, посмотрев на меня.
Я засмеялась и кивнула.
— Да. Когда ты рядом с определенными людьми.
— С определенными людьми, которые мне очень дороги.
Мое тело напряглось от нервного предвкушения.
Он усмехнулся, потянул мою руку вверх и поцеловал ее тыльную часть. Затем положил наши руки обратно на стол.
