— Они самые, — подтвердила целительница. — И непревратившихся, и поисковиков, ответственных за их поиски. Отдельно состоящих на службе, отдельно добровольцев.
— Со статистикой? — поинтересовалась Элиза Кристи. Остальные одарили её убийственными взглядами.
— Было бы неплохо, — улыбнулась целительница руководительнице африкано-австралийской школы. — Она нам пригодится. Да, Эль, твой отчет мне понравился. Правда, процент затянутых Превращений меня очень напрягает.
— Пустыни, — развела руками алхимик.
— Это мы с тобой позже наедине обсудим. Все устали, торопятся. А нам ещё так много надо успеть… — тон Маргариты Николаевны почти неуловимо изменился. Все покосились на что-то своё обсуждающих Салну и Талину. Те взглядов не заметили. Хлопнув по столу для привлечения внимания, основательница школ заметила: — Я понимаю, что вам есть что обсудить, девочки, но давайте вы займетесь этим позже? — Вновь почувствовавшие себя школьницами давно разменявшие третье, а то и четвертое столетие русалки потупились. — Тем более что у меня практически все. То, что за те тридцать лет, что я вас не контролировала, вы по самые уши завязли в проблемах, уже и так понятно. — Все ещё больше приуныли. — Что, впрочем, было вполне ожидаемо. И потому решение наиболее животрепещущего вопроса у меня в той или иной степени готово. Не думали же вы, в самом деле, что во время полного обновления я буду бездельничать?!
На лицах присутствующих было ясно написано, что думали. С обновлениями[2] все они были знакомы не понаслышке, хотя полного никто ещё не проводил. И это был не тот процесс, когда есть время подумать о чем-то ещё.
«Наставница в своем репертуаре, — подумала Илина Владимировна, едва заметно улыбнувшись. — Интересно, что же она придумала?»
— И что за решение вы предлагаете? — нарушил затянувшуюся паузу Альберт.
[1] Тритонами называют мужчин-русалок.
[2] Средняя продолжительность жизни русалок превышает тысячу лет, причем умирают они не от старости: максимальный срок их жизни до сих пор не установлен. Та же Маргарита Николаевна родилась ещё в Атлантиде больше пяти с половиной тысяч лет назад. Секрет такой долгой жизни кроется в двух моментах: теоретически очень длиной продолжительности жизни и возможности проводить полные и частичные обновления организма, ликвидируя накопившиеся за годы дефекты. Разумеется, подобное возможно только под контролем опытного целителя.
Новость о прошедшей под командованием Анны Викторовны спасательной операции разлетелась по школе с феноменальной скоростью. Ещё бы ведь там участвовали тритоны! А о чем ещё говорить в сугубо женском коллективе, если не о внеочередном визите мускулистых красавчиков? К полудню воскресенья об этом не судачил только ленивый. Подробности знали единицы, потому все разговоры были до тошноты однообразными. Не было известно, ни кого спасали, ни откуда спасали. В основном говорили о том, кто из парней участвовал, разумеется, не обойдя вниманием Андре Ниола, который хоть ни в чем и не участвовал, но — О, ужас! — сидел в столовой и провожал до общежития «эту непотомственную выскочку-хамелеонку». Насте все эти разговоры были до тошноты противны. Самыми интересными, на её взгляд, были слухи про возвращение к делам бывшей директрисы — Маргариты Николаевны. Ну, и подробности самой операции, само собой.
— Да ясно же, что кого-то из Охотничьего плена освобождали! — заявила в ответ на осторожную попытку вызнать хоть что-то её одноклассница Динара.
— Вот тут ты ошибаешься, — не удержалась явно знающая больше, чем говорила, Зандра. Её братья с таким же непривычными для слуха Насти именами учились на четвертом и втором курсе антарктической школы, так что источник её сведений был вполне понятен. — Говорят, Охотники тут, как ни удивительно, не при чем, — и замолчала.
— А кто же тогда? — заинтересовались уже и другие их одноклассницы. К третьему курсу они, если не сдружились, то притерлись друг к другу настолько, что достаточно часто сидели вот так, все вместе. Настя обычно к подобным посиделкам относилась довольно равнодушно, но в этот раз не стала пренебрегать возможностью узнать о происшествии побольше.
— Люди, — наконец поддалась на уговоры заинтриговавшая всех бурятка.
Послышались восклицания:
— Да ладно?
— Серьезно?
— Что они могут?
И прочие в том же духе.
Настя же замерла, боясь оказаться права. Ей такие новости были совсем не на руку. Теперь узнать подробности требовало уже не только любопытство, но и чувство самосохранения.
— Как оказалось, немало. Подробности не знаю, но моему старшему сказали, что это было ужасно, — девушка поежилась.
— Наверняка «ученые», — предположила Арина. — Я слышала, кто-то из наших младших к ним уже попадал.
— Ты о Наташе? Ну, отличнице с первого курса? У неё ещё Илина Владимировна наставница, — проявила осведомленность Динара.
— Хочешь сказать, слишком мелкой для первого курса непотомственной? — презрительно уточнила Аквата. — Подруге моей младшенькой?
— Наверное. Я просто когда-то краем уха слышала, — неуверенно ответила Арина.
