— Завтра пришлю Эльзу. И скажите тем, кто разбежался, что у нас теперь новые правила. И уберите это дерьмо, — бандит пнул в бок мёртвого уже Гнильца, отчего тот колыхнулся, точно студень, и остался лежать в собственной крови.
— Как мы всё-таки будем ловить тех, кто ушёл? — спросил Тром уже на лестнице.
— Они сами вернутся, когда узнают, что тут можно больше зарабатывать, — ответил Олаф, — Поверь, им тоже хочется монет.
Возле собственного кабака их ждал сюрприз. Трое людей, по виду, бандиты, направились в их сторону, лишь завидев их перста. Тром не стал дожидаться и сразу вынул топор из-за пояса.
— Ты Йон, да? — спросил один из них.
— Что с того?
— Нужны бойцы? Хотим примкнуть к твоей банде.
— Что умеете?
— Драться.
— Почему ко мне?
— Ходит слух, вы порезали Красных у русалки и не потеряли ни души.
— Так и есть.
— Нам бы такого перста…
— Что с вашим?
— Издох с утра.
— Кто такие?
— Из Нижних мы, с Медными краями, так что тёрок разных можешь не бояться.
— Говорят, Красные с Косынками точат на меня зуб. Три бойца ещё как могут пригодиться мне. Проверьте, что они могут, меня ждёт Медный.
…
Кроме тех троих, к банде Йона захотели присоединиться ещё двое. Горцы с Олафом уже освоились в городе, и у них забрали Жилу, отдав вместо него двух новичков. Марк быстро справил им по броне, и сейчас Тром показывал, как её правильно носить.
— Что это за три верёвки? — указал один из новеньких на пояс Трома.
— Жгуты. Если ранят в битве тебя, или товарища, ты можешь перетянуть ими руку или ногу, чтобы дожить до дома целителя.
— Как вы дерётесь во всём этом?
— Ты привыкнешь.
— Пока я не привык даже ходить…
— Для этого мы и встаём раньше остальных. Ослабь завязки на локтях, они тянут тебя.
Впятером они вышли из корчмы и зашагали к площадке на границе их района и леса, которую Марк приметил, когда решил, что хватит им уже сидеть без дела, и пора бы вернуться к упражнениям. Тром ещё не оправился от ран, и в учебных боях не участвовал, зато Марк проверил каждого. На удивление, новые бойцы были не так плохи в поединках, но быстро выдыхались и, когда у них заканчивались хитрости, впадали в ступор. Ещё им привычнее были длинные ножи, как и почти всем головорезам в городе. Поединщик понимал, что их придётся переучивать, и это было ещё одной проблемой при таком количестве смертельных стычек.
Но хуже всего дело обстояло, когда нужно было драться в строю. Олаф с двумя бандитами не понимали толком, чего от них хотят и как действовать слаженно. Тогда горцы объясняли, разбирали примеры, разыгрывая из себя нападавших, вспоминали, как их самих учили ещё детьми когда-то. И дело потихоньку пошло. С каждым днём у них получалось всё лучше. Конечно, до десяток Трома им было как до луны, но через две недели они уже напоминали бойцов, которые могут действовать заодно, а не бандитов с большой дороги.
Моряк после каждой тренировки уматывал в притон. Держать за вымя дойную корову, так он говорил. Но все знали, что он бегает туда скорее подержаться за упругие груди новой хозяйки — бывшей бабы старого хозяина-торчка, которого выгнали на улицу.
Тром с Марком всё чаще наведывались в Три Кабана. Йон сам велел им, чтоб не спускали глаз с этого трактира, а горцы тем более рады были лишний раз отведать стряпню Кривой Эльзы.
Вот и сейчас они сидели за столом, поглощая яичницу и запивая её душистым хвойным настоем, который готовили специально для них.
— Может, девочек? — как всегда, предложила бывшая кухарка, которая, к удивлению Трома, очень быстро освоилась на новом месте.
Но им было не до девочек — в доках пришвартовались два больших корабля, и Йон сказал всей ватаге быть на пристани, чтобы у капитанов не возникло желания качать права.
Тогда Эльза села к ним за стол, пригнулась и зашептала:
— Тут недавно случилось кой-чего…
Оба горца посмотрели на неё.
— Не знаю, может, ерунда. Двое работяг из «Русалки» прибежали ко мне проситься. Я их взяла, но допытаться, чего сбежали, так и не смогла. Боятся они чего-то.
— Чего они могут бояться, кроме гнева бывшего хозяина?
— Не знаю, может, Красных?
— Разузнать бы.
— Я могу только давить на тех двоих, но пойми, мне действительно нужны рабочие руки. Лучше спросите Три Навоза.
— Знаешь про него? — удивился Тром, — Ты смышлёнее, чем кажешься.
— Спасибо, мы шепнём Йону, — Марк допил настойку, грохнул кружкой о стол и направился к выходу.
В доках, как всегда, было людно. Здоровяк подошёл к Йону и заявил без обиняков:
— Мне нужно перекинуться парой слов с капитаном, а ещё появилась работа для Три Навоза.
— На кой ляд тебе капитан?
— Хочу узнать про свою родину.
— Валяй. А Три Навоза?
— Люди бегут из «Русалки». Мы думаем, Красные что-то готовят. Эта таверна у них под боком, нужно узнать, какие ходят слухи.
— Угу. Скажу ему, пусть копает.
Со сходен как раз сошёл капитан с двумя людьми и подошёл к ним. Богато одетый, уже начинающий полнеть мужчина с чёрными кудрявыми волосами и такими же бакенбардами, он держался ровно и не стал расшаркиваться с Йоном:
— Ты здесь за главного? Сколько за постой двух кораблей?
Молодому бандиту явно не понравился его тон:
— Десять золотых крон в день.
