Часто врачи пытаются за счёт поддерживающей медикаментозной терапии, купирующей острую психопродуктивную симптоматику, максимально продлить ремиссию в надежде на то, что за это время имеющиеся проблемы каким-то образом рассосутся сами собой. При этом прописанное на определённый срок (обычно порядка 6 месяцев), зачастую не зависящий от того, как реально ведёт себя молодой человек, медикаментозное лечение оказывается для окружающих стигмой, характеризующей пациента как «ненормального, которому надо пить лекарства». К сожалению, в огромном большинстве случаев как семейные, так и индивидуальные проблемы самого пациента проблемы сами собой никуда не деваются, и через некоторое время у него возникает очередное обострение. Семья вновь отправляется к психиатру, сообщая, что состояние ухудшилось из-за того, что пациент прекратил пить назначенные медикаменты, или потому, что ему требуется новое лекарство, так как прежнее, вероятно, перестало помогать. Таблетки становятся важным элементом общественных взаимоотношений: если состояние пациента изменилось, то никто не хочет думать о том, какие именно действия самого человека или окружающих привели к этому – намного проще оказывается обсудить, какие лекарства он пьёт. До тех пор, пока медикаментозное лечение продолжается, члены семьи в принципе не могут знать – способны ли они к нормальным, здоровым взаимоотношениям?
