Рассветы встречая,Усталый, в дорожной пыли,Я очень скучаю,До боли скучаюОт детства вдали.Смеешься и веришь:Он жив, этот детский уют,В котором теперь уж,Наверно, теперь ужДругие живут.Там улицы наши,Там наш романтичный чердакТам в детстве все так жеПо-прежнему так же.Кто скажет: не так?Мечта есть такая:Домой – в те былые года,Я предполагаю,Я предполагаюВернуться туда,Но прежде бы надоВсе взрослые тайны узнатьИ нашим ребятам,Дворовым ребятамО них рассказать.Слегка запинаясьНа взрослых значениях слов,Чтоб мучила зависть,Смиренная завистьМальчишек-врагов.Чтоб двор увлеченноШумел о рассказе моем.А щеки девчонки,Той самой девчонкиПылали огнем.1977, ГСВГ
* * *
Мой отец весь свой век пролежал на диване(Так о нем говорит моя мать),Ни на что не потратил особых стараний,Ничего не пытался урвать,Не стремился уехать в далекие страныИ высоких достичь степеней.Он всю жизнь пролежал на диване. С диванаЖизнь, наверно, видней.1977, ГСВГ
Песенка
А чем закончится любовь?А чем закончится?А тем, что снова полюбитьДуше захочется.И снова сердце заболитОт ожидания,И взгляд любимый заслонитОт мироздания.И снова будет суетаИ ослепление:Сначала: та! Потом: не та!И отрезвление.А чем закончится любовь?А чем закончится?А тем, что снова полюбитьДуше захочется…Конец 78-х
Богоборческое
И у меня смертельный недруг есть!Вам интересно, кто и отчего он?Букашка из господних министерств,За судьбы отвечающий чиновник.Когда-нибудь, войдя туда, с порогаУзнав его, хоть прежде не знаком,Упомяну я всуе имя Бога,И по столу ударю кулаком.Спрошу его, сурово взглядом смерив,«Зачем вся жизнь моя идет не так?»Он пролепечет, что сейчас проверит,Косясь на мой грохочущий кулак.И будет долго в картотеке рыться,Фамилию для верности шепча,Ежеминутно вскидывая рыльцеИз-за сухого хилого плеча.Он карточку найдет и, от испугаБледнея, растеряется совсем.И скажет, отступая в дальний угол,Что не туда ушло мое досье!Что это – лишь досадная издержкаИ даже входит в допустимый брак,Что я, всего скорее, не из здешних,А то бы не расстраивался так…Вот это да! Судьба ушла к другому!Я поплетусь домой, глотая пыль,Засяду за «маляву» к ВсеблагомуИ буду совершенствовать свой стиль…1978
Другу-медику
Был, говорят, здоров народБез терапевтов и хирургов,Лечили, если хворь найдет,Вода святая да хоругви.А нынче – сразу бюллетень.И что невредно, то опасно,И даже собственная тень,Как говорят, теперь заразна.Перелечили, говорят:Кругом лекарства и больницы —И шприц останкинский подъятНад бедной задницей столицы.1978