— Да не моргайте: у нас тут не воруют. Если что и свистнешь — не спрячешь и не продашь. А разборка будет крутой. Так что сопите спокойно в две дырки.
Ну, ладно. Раз говорят — значит, так и надо.
К указанной двери Пат успел первым. Быстрее пройдешь — раньше и вернешься к вещичкам. Может, сразу и покажут, где жить, куда барахло положить. Дальше никуда не повезут, это уж точно.
Да, хорошо бы коечку указали поскорее. И позволили бы выбрать, пока остальных станут тягать. Где-нибудь к окошку поближе. Интересно, по сколько тут селят в комнате? Хорошо бы не более пяти. Иначе — уже толпа. Не будет того уюта.
Поскорее бы, а? Вроде бы и спал — но вот сон чего-то накатывает.
…— Садитесь. Назовите ваше личное имя. Семейное имя.
— Пат Пахтор.
— Пат — это личное имя?..
— Вот тут будешь квартировать, земляк.
Пат Пахтор осмотрелся недоуменно.
— Это… сколько же тут нас будет?
В ответ — с усмешкой:
— Ты да ты — выходит, двое.
— То есть как это: я один, что ли?
— Сам один. Такие у нас, земляк, порядки. Не к дикарям приехал. В этом мире человека уважают. Да положи ты свои бебехи! Потом разложишь. — Проводник распахнул дверцу. — Твой шкаф. — Другую: — С этим сам разберешься. В твоем мире канализация-то есть? А мыть тебя не надо — сам умеешь?
Пат только кивал: ни слова не мог выговорить — такие чувства накатили.
— Теперь, значит, столовка — ниже, на первом этаже, от лестницы — по коридору до конца. Мимо не пробежишь: запах не позволит. Если сразу пойдешь — может, еще успеешь на ужин.
На ужин успеть очень хотелось. Но еще сильнее было желание — лечь и уснуть.
— Да ладно… Устал я чего-то…
— Тогда вырубайся сразу. Потому что с утра у тебя уже рабочий день. Подъем у нас в пять утра; не бойся, не проспишь — тут и покойник вскочил бы по нашему сигналу.
— Этот вот сигнал?
Над кроватью — назвать ее койкой было как-то неудобно — в головах на гибкой чешуйчатой ножке виднелась круглая решеточка. Как при тех деревьях, только совсем крохотная.
— Нет, земеля, сирена — вон там, справа от двери, где все прочее, — но это так, для порядка, приборы установлены: сколько градусов, какая влажность, как вентиляция действует — и всякое такое. Не для тебя, для нас. А то, что ты спросил, — это просто чтобы спалось тебе хорошо и спокойно. Ну, все. Пошел я. Вас теперь разводить придется до самой ночи — этакая орава. И еще ведь не последние…
Пат едва дотерпел до конца. Проводник не успел еще выйти, как он сорвал с себя одежду и даже мыться не стал: глаза сами закрывались, сознание уходило. Хватило еще сил откинуть одеяло, но порадоваться чистому белью он уже не успел. Вырубился.
Хронофизик доктор Крат, после разговора у Элюра решивший на время снова забыть о желаемом отъезде с Улара, достаточно быстро понял, что постичь физику ТХ-Аномалии — сверх того, что он уже успел, — ему если и удастся, то никак не в ближайшие дни и даже, пожалуй, годы. Не из тех крепостей она была, которые берутся приступом с ходу. А на серьезную осаду сейчас не хватило бы ни сил, ни времени.
Да, именно времени, так подумал он, усмехнувшись не без грустной иронии. А может быть, к этому и не нужно стремиться? Того, что он сделал, и так хватит на две, а то и три нормальных научных жизни.
Потому что проблему Второго Метаморфа решить удалось опять-таки ему. А не сделай он этого — фирма и по сей день ютилась бы на Милене. Вот не стал бы он ее решать — и, наверное, был бы уже свободен, как ветер. Но — если видишь, где лежит решение, ты просто не заставишь себя пройти мимо: это сильнее тебя. Легче умереть, чем отказаться. Можно, конечно, все сделать — и до поры до времени молчать. Можно — только не в «ХроноТСинусе». Хотя бы по той простой причине, что решать такие задачи без мощнейшего компьютерного обеспечения просто невозможно — трех жизней не хватит, чтобы просчитать, — а компьютер на фирме — QS — один на всех. Правда, мощность его такова, что можно грузить и в два раза больше, один только выделенный в пользование Крату сектор стоит, пожалуй, тысячи обычных персоналок; но все, что в него попадает, сразу же ставится под контроль первых лиц, так что промолчать никак не удастся. Вот поэтому они и оказались здесь. И стоит и работает уже корпус Метаморфа, первый по счету, и достраивается второй. А «Глаз Бытия» (так назвал он ТХ-приемник) заработал с первой же попытки, что было похоже на чудо. Хотя на самом деле чудом было то, что удалось верно его рассчитать. Тогда возникало множество частных проблем. Одна-две еще оставались…
Но эти проблемы, по сути, уже перестали волновать его, потому что их нельзя было более относить к актуальным. Важным, и даже жизненно важным, оказалось другое.
