— Ну, наши потребности минимальны, — утешил я генерала. — Прежде всего — вода. Много воды. Как можно больше. Море. Лучше — океан. Для Лючи сейчас это было бы самым действенным лекарством — удалось бы наконец смыть с себя все то, что…
— Понял. Много воды. Еще?
— Поменьше людей вокруг. Тишина. Полное, по возможности, отсутствие звуков, издаваемых двуногими без перьев, а также их продукцией.
— Ты уверен? Может быть, как раз наоборот — побольше народу? Чтобы отвлечь ее от всего…
— Не сейчас. Пока она, в ее представлении, покрыта грязью, чужие взгляды для нее самое страшное.
— Итак, поменьше людей и звуков. Дальше что?
— Ну, желателен, конечно, пристойный климат. Курортный, так сказать. У нас ведь издавна сложился такой стереотип отдыха…
— Верно. Сложился. То есть, как я понял, поближе к дикой природе и подальше от общества?
— Вот именно.
— Так-так.
Иванос выдержал еще паузу, правда, не столь продолжительную. Пошевелил пальцами над столом, словно разыгрывая какой-то пассаж на невидимой клавиатуре.
— Что же, есть такой вариант. Могу рекомендовать. Сам собирался туда, но вот дела заели.
— Любопытно, — сказал я, и на самом деле заинтересовавшись. — Куда же посоветуешь нам устремить свой путь?
— Ты, по-моему, не бывал на Ардиге? Это по каталогу номер 1402.
Это название не было для меня новым, как и обозначение любого другого обитаемого или хотя бы посещаемого мира. Но я там никогда не отмечался. Да и лежала эта планета — а вернее, «Детская площадка», то есть та система, в которой Ардиг находился, — далеко на окраине и сильно в стороне от оживленных трасс. И ничего, что требовало бы моего с Лючаной оперативного участия, там вроде бы никогда не совершалось.
— Не приходилось еще.
— Ну вот, теперь как раз удобный случай соединить приятное с полезным.
— Полезное, как я понимаю, поправка здоровья. А что — приятное?
— Нет. Приятное как раз — ваша реабилитация. А полезное — ну, хотя бы устранение еще одного белого пятна в твоем знании миров Федерации. Будь у меня сейчас лишнее время, порекламировал бы это местечко. Но ты и сам найдешь необходимое в справочниках…
— Никакой хитрости?
— Никто не вынуждает тебя согласиться, Ра. Я просто предложил вариант, который вроде бы должен вас устроить. Ты не согласен — ладно, ищи сам.
Это была явная подначка. Но я, похоже, действительно еще не прогнал ту усталость, которая жила во мне после Улара.
— Если Лючана согласится… — сказал я.
— А это уж как ты ей преподнесешь. В общем, так: сейчас иди к ней, обсудите обстоятельно, а завтра сообщишь мне результат.
— Забота о кадрах — долг любого руководителя, — глубокомысленно изрек я.
— Вы оба не мои кадры, брось. Но на дружеский поступок я имею право?
Мне хотелось поверить в это целиком и полностью. Хотя человеку Службы никогда не следует доверять безоговорочно. Мне, кстати, тоже.
— А что — там действительно курортные условия?
— Лучше не бывает. Да вот, глянь на карту.
Он вывел изображение на экран.
— Видишь, какая благодать? Вот тебе океан, а вот и суша, в экваториальной области средняя температура двадцать пять — тридцать по Цельсию, воздух и прочие физические условия схожи с нашими, так что — никакой адаптации. А главное — планета практически не заселена. Чего еще можно желать?
— Хочешь сказать, что там вообще нет людей?
— Ну, не могу гарантировать, что ни одного: могут быть анахореты вроде вас, нам о таких не докладывают. Но постоянного населения еще нет. Пока, во всяком случае.
Идея мне понравилась. Но я постарался вести себя как можно более сдержанно — чтобы Иванос не переоценивал свою услугу.
— Ну что же — недурственно. Но не знаю, что скажет Лючана. Сбрось мне эту карту, пожалуйста, чтобы было что ей показать.
— Увы, — сказал Иванос, слегка разведя руки и тем обозначая свое бессилие. — Ведомственный документ и засекреченный. Потому что съемка карты, откровенно говоря, производилась неофициально — без ведома Совета Миров. Снималось не с птичьего полета, а с очень удаленной орбиты — на пределе возможного. Туда еще не добрались федеральные картографы. Сам знаешь, чем дальше космотория от центра, тем меньше ею интересуются власти. Так что не обессудь, карту дать не могу.
— Ну что же, на нет и суда нет, — откликнулся я, заканчивая наш разговор. Поскольку о карте просил только для проформы: она уже надежно оттиснулась в памяти моего мика. Да Иванос и сам прекрасно понимал, что так и будет.
— Я готова! — Такими словами встретила меня Лючана, едва я появился на пороге. — Твое тоже уложила, не знала только, какую бритву ты захочешь взять. Вообще, у тебя их слишком много. Когда выезжаем? Обедать будем дома или уже там?
Я обнял ее и поцеловал — кроме прочего, еще и потому, что она в какой-то мере успела совладать с собой и выглядела сейчас почти нормальной — активной и даже веселой.
— А вот мы сейчас и решим, где и когда.
Она склонила голову к плечу, что должно было означать удивление.
— Разве мы еще не решили?
— Если бы решали мы одни…
— Не говори загадками!
Я доложил ей обстановку. И поспешил утешить:
— Только не огорчайся: Иванос предложил другой вариант. По-моему, даже лучше нашего.
