И меня радовал тот факт, что Фрэн все время была где-то рядом. Странно – вроде не мальчик уже, годы мои не те, чтобы менять привязанности и симпатии так быстро, но вот какая штука – с того момента, как Милену убили, что-то будто лопнуло у меня в душе. Ну да, вот она, рядом, настоящая, живая… Ну, настолько, насколько мы тут все живые. А все равно – нет у меня к ней нынешней того, что было к той, которая истаяла в воздухе на лесной поляне после автоматной очереди. Исчезло то чувство, как будто ветром его сдуло. Может, это игры разума, а может… Не знаю, короче. Психоанализ – это не мое, копаться в себе – дело неблагодарное.
А Фрэн мне сразу понравилась, еще тогда, когда я ее, истерзанную, в лесу увидел. Вот так.
Наверное, стоило к ней подкатить, пошутить, попробовать обнять, да покрепче, но вот чуял я – не пройдут тут проверенные веками армейские методы, не та это девушка. Тут по-другому надо, не спеша.
Да и то – спешить некуда. И время будет, да и, даст бог, подходящая ситуация. Девчонка она шебутная, вряд ли в крепости усидит, на одном-то месте, а дальних дорог надолго хватит. И одна из них ждет нас уже завтра. Точнее, уже сегодня.
Солнце только-только показалось из-за дальней горы, которая виднелась на горизонте, а мы уже находились на «Васильке».
Если честно, момент был волнующий. В топке гудели пожираемые пламенем дрова, волна плескала о борт суденышка, а Одессит, непривычно серьезный, поправлял свою фуражку.
– Чего ждем? – возмутилась стоявшая рядом со мной Настя и нахмурила брови. – Капитан, давай, не томи.
Она, Фрэн, Голд, Милена, Джебе, Фира, Азиз и я стали первыми пассажирами корабля. Остальные отправились на лодку и плот, причем Марика и Ювелир – в качестве капитанов, если можно так это назвать. Вообще на корабль хотели попасть все, но он был изрядно загружен нашими покупками, потому решили не рисковать.
– Пары развожу, – важно ответил ей Одессит и потянул шнурок, раздался пронзительный гудок. – Ну, с богом! Азиз, якорь поднимай!
Зимбабвиец кивнул и стал крутить ручку какой-то ржавой штуковины, вытянул цепь с якорем из воды, после втащил его на борт и аккуратно положил на носу корабля.
Одессит дернул какой-то рычаг, «Василек» еле заметно качнулся, за кормой заплескало, и мы плавно отвалили от причала.
– Ка-а-айф! – завизжала Настя, радуясь как ребенок.
Труба пыхнула, выбросив вверх столб дыма, Одессит снова огласил окрестности пронзительным звуком сирены.
– Это тебе не плот, – громко и с гордостью заявил наш капитан, вертя массивное рулевое колесо. – Техника! Ну, вперед по малой.
Через пару минут мы выбрались на середину реки, сопровождаемые прощальными напутствиями как торгового люда, который, несмотря на ранний час, уже суетился на главной пристани и с интересом смотрел на наш «Василек», так и болгар, пришедших нас проводить на свой причал. Ну, оно и понятно: корабли, даже такие, как наша посудина, здесь все еще в диковинку. Да и вообще, чего людям рукой не помахать?
Не тише гомонили экипажи плота и лодки, идущие в нашем кильватере. Еще вчера мы привязали толстые канаты одним концом к «Васильку», другим – к крюку, вбитому в одно из бревен плота, и к специальному креплению в лодке, так что теперь людям на них можно было не думать о том, чтобы работать веслами. Это было сделано по совету Пенко, мудро изрекшего:
– Зачем силы тратить? Идете-то вверх по течению, так что если веревка длинной будет, то бояться столкновения не надо.
Он же и крюк для плота нам дал – хороший, длинный. Мы бы и сами догадались, но он нас опередил.
«Василек» набрал скорость – не самую большую, но по нашим меркам приличную – и, попыхивая дымком из трубы, начал удаляться от Нового Вавилона.
– А я рада, что мы домой едем, – сообщила всем Настя, устроившаяся на носу «Василька» рядом с пулеметом. – Не понравилось мне в этом городе.
– Чего так? – заинтересовалась Фира, которая под тентом возилась с рацией, щелкая тумблерами на ее корпусе.
– Бегают все, суетятся, о выгоде думают, – сморщила носик Настя. – Будто на «том свете» этого им мало было. Ведь какой мир вокруг, только посмотри! Терра инкогнита, по-другому не скажешь. А они все на старый лад – купи-продай.
– Ну, мы тоже в каком-то смысле все время выгоду ищем, – возразила Милена. – Это вообще в человеческой природе заложено – выгоду искать.
– Согласна, – покивала Настя. – Согласна. Но мы-то ее по лесам и долам ищем. А эти… Купил, перепродал… Некоторые из них даже за стены города не выходили. Не мое это. А вот так, на корабле, да в хорошей компании – это настоящая жизнь. Криво сказала, но вы ведь меня поняли?
– Как не понять, – отозвалась Фрэн, которая уже что-то чиркала карандашиком в своем Своде. – И я с тобой полностью согласна. Слушайте, дымок как приятно пахнет, да? Ну, тот, что из трубы.
– Это потому, что дрова, – подал голос Одессит, слышавший из своей рубки весь разговор. – Был бы уголь, пах бы по-другому. И еще были бы вы тогда все черные, как наш Азизка.
