– Именно, – кивнул я. – Так что, орлы, быть вам теперь няньками. Я желаю знать все: как она это делает, как далеко она может отправить этих птиц в полет, на самом ли деле у них обоюдное взаимопонимание, и так далее. Сроку вам на это – месяц, начинаете завтра, сегодня пусть малая хоть как-то адаптируется тут. И помните – это ребенок, самый настоящий, который не так давно говорить начал, так что не перепугайте мне ее. Она не как наша Аллочка, на которой клейма ставить негде.
– Что? – раздался у меня за спиной кукольный голос. – Что сразу опять Аллочка?
Конечно же наша егоза оказалась где-то поблизости, как без нее.
– Очень кстати, – обрадовался я. – Вот ее и берите в помощь.
Ученые помрачнели и переглянулись. Если Лизанька как объект изучения была им любопытна, то Аллочка, с ее тягой к разрушению и кавардаку, этой троице была совершенно не нужна.
– Сказано – она вам поможет, – приказал я. – Еще раз: там девочка пяти или шести лет, как вы с ней общаться будете? Что греха таить, я и сам не всегда понимаю, что вы мне говорите. А тут ребенок. Вот Аллочка и будет при вас переводчиком с ученого языка на доступный.
– От нее столько шума, – как бы в сторону сказал Герман.
– Вот ты гад! – совершенно искренне сказала ему Аллочка. – А я тебя тогда защищала, когда ты у Фрау три тарелки для экспериментов спер.
Надо бы Герману поосторожней быть. Наша Аллочка – существо уникальное. Внешне она семи-восьмилетняя девочка-куколка с голубыми глазами и светлыми волосами, но в этом тщедушном тельце живет душа прожженной бизнесвумен.
И то, что она старательно выдерживает поведение, полностью аутентичное своей внешности, меня лично в заблуждение не вводит. Все она знает, подмечает и делает свои выводы по каждому вопросу. Не удивлюсь, что даже как-то влияет на события.
Но лично я ей доверяю, поскольку помню ту ночь на поляне у сектантов. Аллочка – полностью наш человек, без зазубринки и трещинки. И за нее любому шею сверну, если понадобится. Да и каждый из нас поступит так же.
– Все, – подытожил я. – Задача поставлена, действуйте. Алла, на тебя особая надежда.
– Само собой, – важно кивнула светловолосой головой она. – Не подведу. Ты мне подарок привез?
– Я много чего привез, – стало совестно мне. Нет, детям я игрушки привез, а вот про Аллочку как-то не подумал. Впрочем, а что я мог ей купить? Хотя это не оправдание. – Потом посмотришь.
– Сват! – Ко мне вразвалочку подошел Наемник. – Гляжу, укрепились мы? Это что на носу, браунинг? Хорошая машинка. Жалко, что не крупнокалиберный.
– И мне жалко, – признал я, и мы обнялись. – Как тут у вас?
– Спокойно. – Наемник хмыкнул, глядя на Жеку, который так и торчал на дебаркадере. – Но вообще, когда у бойца в голове женщина стоит на первом месте, а война – на втором, это не есть хорошо.
– Не есть, – даже не стал спорить с ним я. – Как «волчата»? Натаскиваете?
– А как же. – Наемник заулыбался. – Есть новенькие, из недавно прибывших, очень неплохи. Про старых скажу тебе так: человек десять смело можно пускать в дело, остальных надо еще погонять.
– Кого особо выделишь? – заинтересовался я.
– Китти, – маленько подумав, ответил Наемник. – Реакция, скорость и безжалостность, и все – в равных пропорциях. Хороший будет боец. Да уже есть, чего там. Смело можешь брать в основной состав.
– Ты их учил, тебе их и пробовать в бою, – не согласился с ним я. – Тем более возможностей для этого у тебя скоро будет много.
– Мм, – как кот потянулся Наемник. – Чую, не просто так нам кораблик с пулеметом достался. Аванс или гонорар?
– Вот что значит служить в частной армии, – с уважением произнес я. – На ходу подметки режешь. Все не совсем так, но мыслишь верно. Завтра соберемся у меня и все обсудим. Сегодня все еще на эмоциях, опять же вечером большие посиделки у костра, так что не до того. А вот завтра – самое то.
– Плюс там тебя еще два дела ждут, – ткнул пальцем в сторону крепости Наемник. – Не сильно важных, но не сильно приятных.
– Чего ты мнешься? – насторожился я.
– Это Жекина епархия. – Субординация была у Наемника в крови. – Он и доложит.
– Алла! – позвал я девчушку, которая что-то втолковывала Герману, подбоченившись и сверкая глазами. – Жеку сюда тащи. Наемник, тебе сразу задание – пулеметом займись. Снять и доставить в оружейную. И сам это сделай, никому не перепоручай. Про патроны не забудь.
Не люблю я неприятных дел. А еще больше не люблю их откладывать в долгий ящик, так что Жеку надо сразу брать в оборот.
– Ага. – Аллочка показала Герману язык и ввинтилась в толпу, Наемник последовал за ней.
– Народ! – тем временем заорал я, поднявшись на пару ступенек, вырубленных в утесе.
Черт, они, конечно, неслабо потрудились над этой лестницей. Сначала все разравнивали, а потом, скорее всего, просто вырезали куски грунта огромными прямоугольниками, которые наверняка весили очень немало.
Интересно, а куда они их дели? Может, в реку покидали?
Мой голос канул в общем гуле, и тогда я просто выстрелил в воздух.
Патрона жалко, да и трюк этот попахивает штампом, но сработало же!
Все затихли, кое-кто схватился за оружие.
