Время шинигами полностью

– Тогда зачем такие хлопоты? – Впервые с тех пор, как я залезла в ее комнату, она выглядела искренне раздраженной. – Значит, кто-то другой должен биться за тебя? Что это тогда за победа? – Затем она повернулась и направилась к выходу в коридор. – Не люблю трусов, – призналась она. – Если тебе удастся то, что ты там планируешь, не стесняйся прийти и навестить меня снова. В следующий раз я даже позволю тебе воспользоваться парадным входом.

Она захлопнула за собой дверь, оставив меня в темноте.

Я вылезла в окно и мягко спрыгнула в темный двор, опустившись на колени. Нужно было позвать Нивена, чтобы мы вдвоем выбрались отсюда, но это означало, что мне придется рассказать ему о своем провале, о том, что, несмотря на то что я могла крутить и деформировать временную линию по своему усмотрению, мое время вышло. Какая-то часть меня хотела броситься в дворцовый ров и утонуть в мутной воде, чтобы не рассказывать остальным, что все это путешествие ни к чему не привело.

– Эй! – окликнул мужской голос.

Я вздохнула. Неужели я не могла позволить себе даже такую роскошь, как минута самобичевания? Ко мне приближались двое мужчин, вероятно из дворцовой стражи.

– Не двигайся! – крикнул один из них.

Я сделала глубокий вдох и медленно поднялась на ноги, чтобы иметь возможность сломать им руки. Затем по двору пронесся громоподобный звук, эхом отразившийся от неподвижных вод рва и каменных ворот.

Я отшатнулась, грудь потеплела. В воздухе запахло горелым. Я повернулась к стражникам: они держали меня под прицелом винтовок.

Я опустила взгляд на кимоно. Черная ткань на груди потемнела, между ребрами разлился странный жар, будто меня переполнял огонь.

– Ты выстрелил в меня? – спросила я, и мой голос показался мне далеким. Я подняла руку к лунному свету. Да, это определенно кровь.

– Я сказал тебе не двигаться! – крикнул стражник. – Ляг на землю!

Я засмеялась. Я не знала, что императорская гвардия вооружена. Мне было лишь известно, что простому жителю достать огнестрельное оружие практически невозможно, а военные дела меня не очень интересовали. В конце концов, мне следовало держаться подальше от политики. Странно, как все изменилось.

Я вздрогнула, когда пуля выскользнула между ребер, и рана затянулась. У меня не было сил на какое-либо отмщение.

– Я как раз собиралась уходить, – сказала я, потянувшись за часами.

Но не успела я двинуть и пальцем, как раздался еще один выстрел, и мою левую руку пронзило пламя. «Когда пули стали такими быстрыми?» – пронеслось у меня в голове. В Англии я почти не видела огнестрельного оружия, не говоря уже о том, чтобы оно было направлено на меня. Человеческие атаки всегда казались мне чем-то неуклюжим и медленным. Но сейчас я испытывала чувство, что у меня больше нет руки, что на конце запястья не осталось ничего, кроме острой боли. Я чуть не разрыдалась от облегчения, увидев, что кисть на месте, разбитая и окровавленная. Я провела пальцами по онемевшей конечности, ощупывая ее сквозь кровь, чтобы убедиться, что кольцо Хиро не сорвало выстрелом.

Разве жнецы реагируют так медленно? Если бы я не предавалась жалкому человеческому разочарованию, то, конечно, уже ушла бы отсюда, уклонившись и от самой первой пули. Из-за того, что моя рука обмякла, из рукава на траву выпал кинжал.

– Она вооружена! – крикнул один из стражников. Затем раздался еще один выстрел – и мое правое ухо запылало.

– Я сказал: на землю!

– Я не буду преклоняться перед тобой, человек! – взревела я, и слова на языке Смерти сожгли траву, но я все равно упала на колени, потому что в ушах у меня звенело, а двор как будто качался. Мои часы были в кимоно, а рука с кольцом Хиро онемела, и время больше мне не подчинялось. Вот почему я не заслуживала быть богиней. Вот почему Япония скоро падет.

Пока один стражник перезаряжал винтовку, другой целился. Мои тени растянулись, чтобы остановить его, но тьма не могла спасти меня от пуль. В ночном воздухе прогремел еще один выстрел.

Я приготовилась к боли, а моя сломанная рука задергалась, выздоравливая, но ничего не произошло. Стражники замерли – лунный свет выбелил их лица до цвета бумаги, а глаза забегали из стороны в сторону.

Пуля зависла перед моим лицом. Я потянулась к ней, коснулась ее – и она упала, покатившись по траве.

Затем через стену дворца перепрыгнул Цукуёми.

На нем был ослепительный лунный плащ, рукава кимоно развевались позади него кристально-белым знаменем, а шаги прожигали грязь белым светом. Яркое сияние кожи поглощало слабый свет фонариков, заставляя весь мир бледнеть и сереть на его фоне. Он бросился ко мне через лужайку, и у меня перехватило дыхание. Мне показалось, что Земля сошла со своей орбиты, все небесные кометы одновременно устремились ко мне и вся Вселенная стала принадлежать мне.