– Если не очухается, – решительно сказал Дым, – вы двое останетесь с ним здесь, а мы с Софтом пойдем дальше. Антей пришлет за вами кого-нибудь, как только сможет.
– Не лучшая идея. – Комар допил кофе, протер складной стакан и уложил его в рюкзак. – Мне не дает покоя стрелок, который нам движок разворотил. Что, если он идет за нами? Тогда разделяться не стоит.
– Утром решим, – прервал начинающийся было спор Софт, отрываясь от ноутбука. Хакер сидел на спальном мешке, привалившись спиной к стене и пристроив лэптоп между животом и согнутыми коленями. – Не думаю, что за нами кто-то идет. Если и шел – после нашего милого общения с собачками наверняка повернул обратно. Глянь лучше, как там моя порция?
Страж наклонился над спиртовкой, помешал консервы, намотал на руку тряпку и передал парящую банку хакеру. Тот поблагодарил и снова застучал по клавиатуре.
– Софт, а что это за штука, к которой мы идем? Как я понял, весь этот кипиш, что с Черными, что с нападением на нашу базу, из-за нее?
Хакер взглянул на Дыма. Тот едва заметно кивнул. Софт немного помолчал, продолжая набирать какие-то команды, и заговорил, не отрываясь от дисплея:
– Штуку эту называют Установкой. Это вроде как запасной пульт управления аппаратурой, которая подключается к ноосфере.
– Ноо чего? – недоумевающе протянул Комар.
– Ноосфера, – повторил Софт.
– Хм. Атмосферу – знаю. Стратосферу – знаю. Гидросферу – знаю. Даже биосферу, мать ее в хлястик, знаю. А вот про ноосферу слышу в первый раз. Что это за хрень, и с чем ее едят?
– Ноосфера – информационное поле земли. В нем отражаются все события, которые происходили, происходят, произойдут или даже только могут произойти. Чем больше информационный фон вокруг какого-либо события, тем выше вероятность того, что оно произойдет или будет развиваться по сценарию, определенному интенсивностью этого самого шума.
– Чего? – в один голос взвыли сталкеры. – Может, попроще, а?
Софт на секунду задумался.
– О’кей. Смотри. – Он повернулся к Страйку. – Какой процент вероятности того, что твой пулемет заговорит с тобой?
Пулеметчик поперхнулся тушенкой.
– Ну, тут смотря что за трава была, – усмехнулся он, откашлявшись.
– То есть пулемет разговаривать не умеет по определению, верно?
Страйк глянул на хакера как на идиота.
– Смеешься?
– А если бы кто-то сказал тебе, что пулемет разговаривает?
– Отправил бы его к Доку, – хмыкнул Страйк.
– А если бы сто человек сказало б тебе об этом? А тысяча?
– Ты клонишь к тому, что если все люди будут думать, что пулеметы способны разговаривать, – они и впрямь начнут говорить? – прыснул со смеху Дым.
– Совершенно верно, – кивнул хакер.
– Но это же абсурд!
– Ну да. И именно потому пулеметы не разговаривают, – улыбнулся Софт. – Потому что это полный бред, и поверить в это невозможно. А много ли людей верит, к примеру, в вампиров?
– Я верю, – вступил в разговор Комар. – Вон, болотная тварь – чем не вампир? Крови ни рюмки в человеке не оставляет. Вампир, как есть.
Сталкеры рассмеялись.
– Да нет, я про киношных вампиров, типа Дракулы там, Носферату. Про мертвецов, пьющих кровь, – продолжал Софт. – Много в них кто верит?
– Дети верят, родители которых контроль контента в домашней Сети не установили, – ухмыльнулся Дым.
– Верно. А взрослые – не верят. То есть крайне малый процент людей, опять же. И вампиров никто не видел. А вот в средние века в них верил каждый третий. И иногда целые поселения погибали по непонятной причине. Все, что находили в таких поселениях, – высосанные досуха трупы.
– То есть ты реально хочешь сказать, что если куча людей будет верить во что-то – это материализуется? – спросил Страйк.
– Считается, что так, – кивнул Софт. – Слышал поговорку: «мысли материальны»?
– Вернусь на базу – соберу общее собрание, – решительно сказал пулеметчик. – И пусть только попробуют не поверить в мои миллионы на Кипре, виллу в Майами и океанскую яхту с экипажем из топ-моделей.
Хлипкое строение, казалось, вздрогнуло от хохота. Отсмеявшись, Дым спросил:
– А как это связано с Зоной?
– Как я уже говорил, – Софт закрыл ноутбук и отложил его в сторону, – в ноосфере отпечатываются все информационные колебания. Упоминания о том или ином явлении плавают в ней, как радиоволны по квартире с вай-фаем. И теоретически, если удалить все упоминания о явлении – оно исчезнет. Антей считает, что таким образом можно уничтожить Зону, и хочет, чтобы я это сделал.
– Ты сформулировал так, будто с ним не согласен, – проговорил Дым, глядя хакеру в глаза. – Ты считаешь по-другому?
– Я… – начал было Софт, как вдруг Комар напрягся, встал, подхватив оружие, и подался к двери.
– Тихо! Вы это слышите?
Дым резко изменился в лице и скомандовал:
– Надеть шлемы! Забрала опустить! Дыхание – на замкнутый и общаться только по рации! Да быстрее же, мать вашу! Быстрее!
Пререкаться Софт не стал, сначала выполнил команду и только потом задал вопрос:
– Дружище, что за дела?
– Что за дела? Хреновые дела. Молитесь, чтобы она нас не почуяла. Иначе…
– Да кто «она»? Что за хрень?
Но ответил хакеру не Дым.
