— А кто твой папа, малыш? — прозвучал вопрос уже когда Химерка отошел в глубь дома, решив, что нужно перейти в другую комнату, чтобы мама не видела, как он исчезнет, а то вдруг испугается.
— Козел, — серьезно бросил через плечо маленький мальчик и ускакал в другую комнату, оставив Ракель стоять в прихожей. Коэн немного подумала, а потом зашла, затворив за собой дверь. Стоять на пороге смысла не было. «Мой папа козел», — звучало очень смешно, и светловолосый малыш был таким милым, что Ракель поневоле улыбалась. Она пребывала в растерянности. Это сын Карла, о котором он забыл упомянуть? И где интересно его мама? Они в разводе, раз сын такое про отца говорит? Или, может быть, это племянник? Карл ничего не рассказывал о своей семье. Что она вообще о нем знает? Эйфория, в которой Коэн пребывала в последние дни, стала спадать. Ее опять одолели сомнения. Все так быстро происходило, что не было времени остановиться и подумать. Когда Карл был рядом, все было таким ясным и четким. Она еще раз набрала его номер по телефону, послушала длинные гудки и, кажется, различила играющую мелодию звонка где-то в глубине дома.
Химера переместился по связи к Избранной Арине Воробьевой. Он хотел попросить ее позвать Секунудуса. Только она могла принудительно вытянуть его, чем бы он ни занимался. Мальчик оказался в темном зале кинотеатра. И тут же исчез. Потому что рядом с Ариной обнаружил еще одного демона. Потусторонние существа на близком расстоянии хорошо друг друга чувствовали. Это точно был не Второй — волосы темные. А больше Химера разглядывать не стал, боясь помешать. Ангусу или Лепусу все-таки удалось вытащить Арину на свидание. Он был очень рад за свою названную мамочку.
Вернувшись обратно в Прагу и немного подумав, Химера взял телефон Секундуса, валяющийся в спальне на втором этаже. Подделал отпечаток пальца Карла Зиге. Это было нетрудно: на человеческую личину Второго демона, этот не в меру смышленый ребенок, уже давно собрал досье. И вот, пригодилось. Отыскал контакт, названный «Сука».
— Привет, Канис, это я. Можешь помочь?
Несмотря на то, что Канис, демоница-собака, являлась биологической матерью одной из личин Триединого, малышки Ра, Химера никогда не называл ее мамой. У них были очень натянутые отношения. Химера не мог ей простить, что Канис убила двух его человеческих родителей. Ракель и Куетлачтли. И то, что она не знала, что Избранные нужны для стабилизации полукровок, ни в коем случае ее не оправдывает.
Появление в другом конце комнаты темноволосой женщины Ракель не сразу заметила. Как будто не было никого, и вот уже есть. Странно, что она не услышала, как открывается дверь. Незнакомка была пугающе красивой. Безупречная гладкая кожа, каскад блестящих волос до талии, темные брови вразлет, карие, почти черные глаза.
— Что вы делаете в доме моего мужа, позвольте спросить? — голос как и взгляд очень строгий, надменный. Как будто Коэн надоедливая просительница, бесцеремонно посмевшая беспокоить хозяйку большого дома.
— Ваш муж — Карл Зиге? — Ракель спросила прямо, не желая плодить недопонимание. Она не станет цепляться за ложные надежды или придумывать несуществующие факты.
— Все верно. А вы, я так понимаю, его новое увлечение? — красавица, назвавшаяся женой Карла, приблизилась, демонстративно осмотрела Коэн с ног до головы, и с легкой ехидцей в голосе вынесла вердикт: — Вполне хорошенькая. Я не против, чтобы мой муж иногда трахал тебя. Понимаю, мужчинам нужно разнообразие. А он тот еще козел. Только не рассчитывай на большее. Таких как ты у него много, а я всегда остаюсь рядом.
— Извините, мне пора, — улыбка приклеилась к лицу Ракель, нейтрально-доброжелательная, тысячу раз тренированная. Коэн выскочила на улицу.
— Малыш, это не она. Это ясно было сразу. Но я очень внимательно посмотрела. Просто очень похожа. Такое бывает. Сможешь посчитать вероятность такого события? — Канис с улыбкой смотрела на Химеру, который посекундно менял облик. Козленок, дракончик, щенок, опять дракончик, маленький светловолосый мальчик.
— Зря я тебя позвал. Ты ее прогнала.
— Я ее не прогоняла.
— Но я все равно должен разобраться! — мальчик хмурил белесые брови, и Канис в который раз поразилась, насколько он похож на своего отца. Как бы ей хотелось увидеть человеческий облик дочери. Та с ней даже не разговаривала. И демоница не знала, как изменить эту ситуацию. Она уже не раз пробовала говорить, извиняться, объяснять. Но все бесполезно. Маленький полукровка всколыхнул воспоминания об очень давних временах. О другом, очень похожем на него демоненке.
