– Просто я смотрю, что твоему окружению на тебя начхать, если честно. Все их советы надо разбавлять и еще много чего добавлять!
– Ты считаешь, что я неверно влез в «Эликсир»? – решил он не ходить вокруг да около и прямо задать интересующий вопрос.
Тут вздохнул Кваснецов.
– Я иногда думаю, что из хороших побуждений часто получается черти что! Но я не говорю, что ты не прав. Даже больше – я горжусь тобой!
– Да? – Дэйв вдруг почувствовал себя неловко. – С чего бы это?
– У тебя мозги заточены идти дальше описанных горизонтов – это многого стоит! – улыбнулся ему Макс.
– А если я не разгребу все это дерьмо, введу всю семью в долговую яму и стану всемирным посмешищем? Что тогда?
– Тогда начнешь все с нуля или даже ниже – с минуса. Я в тебя верю!
Гнески пару раз взмахнул ресницами почти осознанно – так застыл в удивлении, а мозг принялся сосредоточенно изучать все вокруг происходящее.
– Ты и вправду… То есть положа руку на сердце и не кривя душой… После всех этих куч фекалий и груды хлама, что на меня вывалились… Все еще веришь в меня????
– Да! А что? – Макс смотрел на него как обычно. – Можно подумать я никогда раньше не видел тебя с тупым выражением морды, когда ты прилюдно промахивался и не попадал в корзину? Или на последних секундах уступал кому-то первенство в виртуалке? Думаешь: Максим Кваснецов – столь темный дятел, что не понимает, что в новом деле не бывает легко?
– Ты не одобряешь мою авантюру с «Эликсиром»… – то ли спросил, то ли просто пробормотал он.
– Конечно, когда все открылось так сказать, без предупреждений и заявлений, в один миг в воплях Заиры Великолепной «Что же это творится? Влиятельных людей грабит ученик моего элитного класса!!!» и все эти новости… Да, я растерялся. Но потом: ты ведь к этому и стремился – стать богатым, не смотря ни на что, даже на самого себя и свое здоровье! И ты делаешь реальные шаги для этого. Отодвинь кастрюлю с огня, плиз.
Он подчинился.
– Мне кажется, все рушится под моими усилиями: люди разбегаются, денег не хватает, нет элементарных знаний и даже опыта, чтобы оценить: правильно ли я трепыхаюсь? Это не тест Тертышного, а реальное предприятие. И я очень плохо, с прямым ущербом для себя заключил договора с «Альянсом для Вас».
– В жизни не бывает идеальных условий, если сам себе их не создашь!
– У меня мозгов нет. Я в ступоре даже от того, что выйдут несколько десятков старых работников с 20 числа, а я не решил до сих пор: стоит ли заказывать на предприятие минимальное количество питьевой воды или лучше сэкономить? И сам понимаешь, сколько, млин, вагонов у меня этих вопросов – мелких и огромных!
– Надо позвать Олега Тихоновича к тебе.
– Что?
– Предварительно составь список всего непонятного и будешь спрашивать у Тертышного совета. Что необычного в поиске помощи?
– У меня нет сил на составление еще списков.
– Так сегодня я у тебя, завтра – еще добавится наш учитель. Вот и перетрем все.
– Ты что согласен мне помочь? – Гнески открыл рот от полного изумления. – А как же твои принципы?
– Ничего, принципы могут попылиться на полочках для чужих людей, а для меня ты как второй брат. Я тебя не брошу одного.
Дэйв подозрительно громко сглотнул и принялся разливать бульон по тарелкам. Он чувствовал себя так, словно вот-вот расплачется как баба…
Чувствовал он себя ужасно. Ужасно разбитым и несчастным. Ему даже показалось, что раскалывается голова…
– Можно мне в медпункт? Я очень плохо себя чувствую… – жалобнее некуда взвыл Орлан перед Филимоном.
– Заткнись! – замахал сразу на него классрук. – За все годы с пятого класса, что я тебя знаю, ты всегда был «Неболейкин» потому что…
– Нет денег на лечение… – совсем упавшим голосом продолжил ученик. – Но сегодня я просто умру на уроке английского языка! Неужели Вам всем так приятно будет созерцать мой бездыханный труп!!!
– Ты смотри, как запел?! Ё-моё!!! – рассмеялся бессердечный учитель. – Может быть, ты мне сейчас устроишь песенный концерт или начнешь стихи излагать???
– Аааа? – не понял Орлан.
– Вот, млин, и я не понял: какого лешего ты тут передо мной устраиваешь выступления!!! МАРШ НА ЭКЗАМЕН, ТУНЕЯДЕЦ!!!!!!!! – уже орал на весь этаж разгневанный Филимон.
Орлан втянул голову в уши, прикрыл глаза и переждал:
– Замолвите за меня словечко, умоляю!!! Когда-нибудь я разбогатею и отплачу Вам… – с надеждой в голосе он попытался схватить классрука за локоть.
Филимон среагировал быстрее – угрожающе занес над ним руку, потом изогнул пальцы в дулю, а затем молча и красноречиво указал на дверь. Орлан поднялся и полностью обессиленный пополз к дверям, за которыми монстр-англичанин уже принимал первых несчастных из их класса. Плюхнулся задом прямо на пол и смотрел на линолеум. «И зачем я столько занимался этой геометрией, если прямо сейчас меня вышвырнут из школы без корочек? Мать быстренько пристроит меня на органы – как пить дать», – крутилось у него в голове.
