Брокман достал мобильник, набрал номер. Раздался гудок. И еще. И еще. Пока вызов не переадресовался на голосовую почту. Не оставляя никаких сообщений, Брокман прервал связь. Набрал другой номер. Это тоже закончилось переключением на голосовую почту. Брокман выдавил улыбочку.
— Беспокоиться нет никаких причин, — сказал он. — Должно быть, они отключили мобильники. Чтобы не выдать свое местоположение. Они же профессионалы. Так что все хорошо.
— Попробуй дозвониться до второй пары.
Брокман снова набрал номер. На этот раз гудков вообще не было. Сразу активировалась голосовая почта. То же самое случилось и с четвертым номером.
— Наверное, у них батарейки сели, — предположил он. — Я же говорю, с трех ночи они были на связи.
— У них там явно что-то не так.
— Да все хорошо. Надо немного подождать. Наберись терпения.
— Ты звонил нашим в Джексоне?
— Да. Как только вышел из твоего кабинета.
— Позвони еще раз. И отправь их туда, на стоянку грузовиков.
— Ты серьезно? Неужели там понадобится семь человек?
— Четверо уже есть. Теперь, может, уже и пять. И что? Они справились со своей работой?
Брокман позвонил людям на автостанции и по приказу Хикса направил их на стоянку грузовиков. Нажал отбой. Убрал мобильник в карман. Подождал, когда уйдет Хикс. Потом снова достал мобильник и набрал еще один номер. Он совсем забыл о тех, кого послал наблюдать за местной автобусной остановкой. Держать их в Джексоне уже не было смысла. Жаль, конечно. Брокман мог рассчитывать хотя бы на благодарность за то, что связал обнаруженный на стоянке грузовик Рота с Ричером. Но он мог бы претендовать на гораздо большее, если бы поймал Ричера в ловушку, ставить которую Хикс даже не думал.
Ричер поставил «меркьюри» рядом с грузовичком Сэма Рота. Он надеялся, что бедняга Пеп узнает машину и подумает, что это приехал его напарник и теперь ему можно отдохнуть. Или это просто чей-то случайный автомобиль, и его хозяин решил наведаться в главное здание, воспользоваться тамошними услугами. Главное, чтобы Пеп не заподозрил никакой угрозы. И не стал немедленно душить Ханну ремнем.
Если только уже не придушил.
Ричер выскочил из машины. Дернул за ручку задней дверцы. Она оказалась заблокирована. Сквозь тонированные стекла внутри ничего не было видно. Главное, понять, в каком состоянии находится этот Пеп. А также Ханна. Тогда Ричер бросился к дверце водителя. Она тоже была заблокирована. Ричер постучал по стеклу. Ничего не произошло. Ханна замка не открыла.
Не открыла. Или не смогла.
Ричер достал из-за пояса пистолет. Взялся за ствол. И рукояткой, как молотком, с силой ударил по стеклу задней дверцы. С большой силой ударил, и в самое слабое место, в нижний угол. Стекло мгновенно превратилось в совершенно непрозрачную сетку. Ричер толкнул стекло. Оно прогнулось. Но полностью не поддалось. Слишком прочной оказалась пленка, образованная тонированием. И сетка распространилась дальше. До самого верха и вбок, до рамы, и до самого низа, до дверцы. Ричер ударил по нему нижней частью ладони. Одна сторона стекла отвалилась. Он ударил еще раз. Верхняя часть и другая сторона значительно ослабли. Ударил еще — и весь лист стекла оторвался и отогнулся внутрь. И, как в замедленной съемке, стал опускаться внутрь машины. Пока не лег на внутреннюю поверхность дверцы. Сквозь пустую оконную раму Ричер увидел, что на него, вытаращив глаза, смотрит Пеп. Лицо его, казалось, позеленело еще больше. И сплошь покрылось потом. Он изо всех сил тянул на себя ремень Ричера. А Ханна отчаянно пыталась ослабить его, оторвать от шеи. Голова ее моталась из стороны в сторону, но она не издавала ни единого звука. Горло ее было сдавлено. Ричер выбросил руку вперед и нанес Пепу удар в скулу. Очень сильный удар. Тот сразу отлетел в сторону и завалился куда-то в нишу для ног. И затих, больше не двигался. Отключился. Ремень тянуть на себя уже не станет. Но ремень-то все еще был намотан на его руку. И под тяжестью его тела оставался натянутым.
Ханна задыхалась.
Ричер попытался дотянуться до внутренней дверной ручки, но тщетно. Ее закрыл собой покрытый пленкой тонировки лист стекла. Он свисал слишком низко, закрывая все, как щитом. Ричер попробовал его оторвать. Не получилось. Пленка оказалась слишком прочной. Тогда он ухватился за край и потащил на себя. Другой рукой подхватил противоположный край. Сложил края вместе и втащил лист через окно наружу. Спустил вниз, чтобы не мешал. Снова сунул руку в кабину. Отпер и открыл дверцу.
Ричер подтащил Пепа кверху и толкнул вперед. Натяжение ремня ослабло, и Ханна, отплевываясь и хрипя, стала отчаянно кашлять. Ухватилась пальцами за ремень, стягивающий шею. Еще больше ослабила петлю. Задыхаясь, отчаянно втянула в легкие воздух. Ричер стал развязывать узел. В результате борьбы тот затянулся довольно крепко. Рука Пепа все еще висела на ремне мертвым грузом. Секунд тридцать понадобилось, чтобы его развязать, но Ричер наконец пропустил конец ремня сквозь пряжку.
