Ханна разбудила Ричера через минуту после того, как часы показали половину восьмого утра.
— Дэнни все еще не отвечает. — Она потрясла его за плечо. — Я уже начинаю беспокоиться. Думаю, надо ехать к нему. Немедленно.
Маршрут к дому Дэнни в навигаторе у Ханны был уже проложен. Электронный голос скомандовал выехать на шоссе и повернуть направо, то есть в сторону Уинсона. Развернуть машину в правильном направлении удалось не сразу, пришлось пару минут повозиться. Дорога была узкой. И вертеть баранку было не так-то легко. Сцепление у «фольксвагена» оказалось довольно тугим. Ханна дергала его взад и вперед, машина подпрыгивала и шаталась на ямах и ухабах, пока наконец они не выехали на прямой и относительно ровный участок. Ханна прибавила газу. Добралась до выезда на шоссе. И чуть не сбила какого-то пешехода. Мальчишку. С виду лет пятнадцати. Он тащил вверх по подъему какой-то навороченный велосипед. Очень медленно. Это было похоже на некое противоборство. Велосипед будто бы отчаянно сопротивлялся и пытался утащить паренька вниз. А ведь за этот велик выложили немалые денежки, подумал Ричер.
Мальчишка остановился. Неожиданно выскочивший из-за деревьев древний микроавтобус серьезно его напугал. Секунду он всматривался сквозь ветровое стекло. Потом обо что-то запнулся, опрокинулся назад, а велосипед упал на него сверху.
Ханна выскочила из кабины и бросилась к мальчишке:
— О господи! Прости меня. С тобой все в порядке?
Мальчишка не отвечал.
Ханна стащила с него велосипед.
— Ты поранился? — спросила она. — Голову ушиб?
— Я в порядке, — ответил мальчишка, перевернулся, встал на четвереньки, поднялся на ноги и взялся за руль велосипеда. — Отдайте. Мне надо идти.
— Куда? Ты что, куда-то торопишься? У тебя хоть вода есть? А родители знают, что ты здесь?
— Мне срочно надо в Уинсон. Боюсь опоздать.
— Да посиди ты еще хоть немного. Отдохни. Хотя бы отдышись.
— Времени нет.
— Посмотри на себя. Ты же не только ехать, идти едва можешь. — Ханна снова взялась за руль велосипеда. — Мы едем в ту же сторону. Можем подбросить. Пошли. Там у нас сзади есть специальная стойка. Пристроим велосипед. И довезем тебя куда надо.
Микроавтобус, ворча, полз вверх. Велосипед в стойке дребезжал и подпрыгивал. Парнишка, сжавшись, сидел на диванчике в задней части кабины; он был явно встревожен.
Ханна развернула зеркальце заднего вида так, чтобы видеть его, не оборачиваясь.
— Как тебя зовут? — спросила она.
— Джед. Джед Стармер, — ответил он.
— Ну, Джед, скажи мне, зачем для тебя так важно попасть утром в Уинсон?
— Там кое-что должно произойти. И мне нельзя опоздать. Я приехал издалека и не могу это пропустить.
— А что там будет происходить? И где?
— Там в тюрьме сидит один человек. — Джед вздохнул. — И сегодня его выпускают. Это мой отец.
— Я кое-что об этом читал, — сказал Ричер. — Антон Бегович?
Джед кивнул:
— На моей маме он так и не женился. Поэтому у нас разные фамилии.
— А он знает, что ты приедешь?
— Он вообще не знает, что я существую на свете.
Автобус преодолел подъем, и навигатор в телефоне Ханны объявил, что через полмили им надо свернуть налево.
— А откуда ты едешь? — спросил Ричер.
— Из Лос-Анджелеса, — ответил Джед.
— Всю дорогу на велосипеде?
— На автобусе. Междугороднем. А на велосипеде из Джексона.
— Ты что, вез велосипед с собой?
— Я… взял его типа покататься.
Ханна негромко охнула. Ричер промолчал.
— Я его не крал, — сказал Джед. — Вы ничего не понимаете. Я все хорошо продумал. Я хотел остановиться в отеле, потом взять такси, но у меня украли все вещи и деньги тоже, а еще двое жутких типов хотели меня похитить, но потом появились копы и…
— Да ладно тебе, — остановил его Ричер. — Никто тебя ни в чем не винит.
— Но это ведь очень важно! Я не воришка какой-нибудь, понимаете? На этом велике ехал какой-то урод. Сбил меня, а потом стал толкаться и орать. А после оставил велик прямо там. У тротуара. И не пристегнул. Что мне оставалось делать? Я верну ему велосипед, когда закончу свои дела. Клянусь.
— Да-а, похоже, досталось тебе, парень, — вздохнула Ханна. — Ты что, все потерял?
— Ну да, почти. Осталась только зубная щетка. Она лежала в кармане.
— А как же твоя мама? Неужели не могла помочь? Хочешь, я ей сейчас позвоню?
— Не получится. Она… в общем, рак поджелудочной железы. Все случилось очень быстро.
— Мне очень жаль. Прости.
— А что станешь делать, когда доберешься до тюрьмы? — спросил Ричер.
— Думаю, встречусь с отцом, — пожал плечами Джед.
— Но как? У них там будет какой-то большой праздник. С журналистами. С телевидением. Все по максимуму, на полную катушку. Как ты себе это представляешь? Подойдешь и скажешь: «Здравствуй, папа. Я твой сыночек»? Так, что ли?
Джед снова пожал плечами:
— Я так долго ехал… Уж придумаю что-нибудь.
Они добрались до перекрестка, и навигатор снова посоветовал свернуть налево. А Уинсон был прямо по курсу, и тогда Ханна съехала на обочину и остановилась.
— Дальше дорога ровная. Нормально доедешь на велосипеде. Сейчас помогу тебе вытащить его.
— Да я и сам могу справиться. — Джед открыл дверцу. — Спасибо вам, что подбросили.
