В самые первые опасные фазы всё техногенное оборудование каста Жизнь Рекущих выменивала у союзников из числа Светлых Рас, ведь Светлые Расы Мира Пограничной являются техногенными не на сто процентов. Каждая из них так или иначе имеет в своих технологиях ту или иную биоэнергетическую составляющую. Поначалу казалось, что это поможет Родам-Экспериментаторам, но позже выяснилось, что всё гораздо сложнее. Чем дольше Спящие остаются Спящими, тем слабее их способности к биоэнергетике. И ранее несложные технологии Светлых Рас постепенно становятся недосягаемыми. Сейчас до начала следующей опасной фазы остаётся две тысячи лет, и заниматься приобретением техногенных устройств ещё рано. Однако в конце концов каста Жизнь Рекущих вновь начнёт рассылать дипломатов по цивилизациям союзников, наиболее искусных в техногенном развитии…
Но знаменитый Созидатель, всю свою жизнь посвятивший кропотливым деяниям на ниве заботы о продовольственном обеспечении Расы, ни мгновения не сомневался в одном: когда-нибудь, рано или поздно, настанет день, в который система Ярило в очередной раз вернётся в пространство высоких энергий из затяжного витка за Рубежом, как возвращалась всегда в течение почти двух миллиардов лет, минувших со дня сотворения Ярило. Но этот день будет отличаться от миллионов других. Ибо впервые на вернувшихся домой Землях не будет ни одного Спящего и синие глаза и бело-золотые волосы детей Великого Рода Свага будут сиять всё тем же неукротимым пламенем Мироздания.
Первые сутки гиперпрыжка Фьялар откровенно проспал, пользуясь тем, что в ангаре «И-Мира» никому и ничему нет дела ни до чего. На выяснение данного факта ушло не более пары часов. Когда крадущийся в режиме невидимости Охотник дополз следом за ржавыми истребителями до посадочных площадок, взору Фьялара предстала сюрреалистическая картина смешения высших технологий и невообразимого упадка. Колоссальное идеально отполированное помещение было снизу доверху заполнено коррозийными штабелями доковых гнёзд, словно новенький хромированный улей давно прогнившими сотами.
Всюду на фоне блестящих нержавеющих поверхностей внутренних конструкций и поверхностей «И-Мира» рыжела ржавчиной и зеленела застарелыми окислами издыхающая инфраструктура Серой Расы. Ободранные, покрытые множеством вмятин и корродирующих царапин доковые держатели несли на себе грубые швы многочисленных сварочных работ. Механические кран-балки, поршни лифтовой подачи истребителей и стопорные зажимы заросли ржавым налётом и функционировали с душераздирающим скрежетом, стояночное оборудование было кривым и косым неправильно сложенным пазлом из неподходящих друг другу элементов, приваренных по принципу «пусть наскоро, зато работает». Сверху то там, то сям что-то вяло капало, сочилось маслянистой мокротой или подтекало, снизу там вяло парило, здесь сизо дымило, сям потрескивало слабыми искорками замыканий.
Сами истребители, размещённые в держателях доковых ячеек, ничем не уступали своему сервисному оборудованию: ржавые, мятые, заваренные-переваренные и разваливающиеся на ходу. Процентов тридцать доковых ячеек были пусты, забитые толстым слоем масляной грязи, которая давно заросла шубой из пыли, и самый дальний угол ангара был превращён в свалку. Там беспорядочной ржавой кучей валялись истребители, починить которые автоматике ангара уже не удавалось, и столь же грязные и ржавые роботы-ремонтники ковырялись в их трухлявых внутренностях в поисках ещё работающих запчастей.
Троица истребителей, следом за которыми незримый Охотник проскользнул внутрь «И-Мира», добралась до своих доковых гнёзд и неуклюже замерла в стояночных захватах. Стопорные якоря со скрежещущим лязганьем захлопнулись, и к ржавым истребителям направились столь же ржавые сервисные механизмы. Один из таковых вдруг громко захрустел, выбрасывая из штатных отверстий облака искр, остановился на полпути и принялся чинить сам себя, сверкая горелками и громыхая кривыми мятыми манипуляторами. Остальные добрались до цели и вроде начали там что-то как-то чинить. Фьялар лишь покачал головой. Да, это тебе не каста Мастеров, однозначно.
Невидимый Охотник доплыл до ближайшего нерабочего докового гнезда и завис над слоем покрывающей его грязи на высоте пяти миллиметров. Никакой реакции на это не последовало, и Даарийский ветеран подал на Кристалл Наблюдения импульс посильнее. Окружающее пространство словно увеличилось в десятки раз, и Фьялар принялся изучать многократно возросшие отпечатки сотен техногенных энергопотоков. Быстро выяснилось, что система внутреннего наблюдения здесь когда-то была, но её последний датчик вышел из строя лет этак тысяч сто назад. Состояние остальных привнесённых систем и устройств приблизительно соответствует формуле «немного хуже, чем в ангаре».
