Катери взяла Рэна за руку, и он ее поднял на ноги. Она стерла слезы с его щек, удивившись, что он позволил кому-то их увидеть. Особенно после всех ее видений, где он пошел на многое, чтобы никто не стал свидетелем его слабости или боли. Катери поцеловала прохладную щеку.
— Ты в порядке? — прошептала она ему на ухо.
Ее опалила всепоглощающая искренность в его взгляде.
— Сейчас, да. — Он повернулся к остальной их компании. — Кого ждем? Не мы ли должны спасти человечество? Апокалипсис никого ждать не будет.
Саша погладил подбородок, когда они двинулись вперед.
— Знаешь, именно об этом я хотел спросить. Как, по-твоему, апокалипсис, правда, никого не ждет, или все же поджидает четырех всадников? Может нам стоит организовать их похищение.
— Такая затея плачевно обернулась для Сизифа[47]. Аид по-прежнему его пытает, — с насмешкой сказал Уриан.
— Хорошо подмечено, я научился не вмешиваться в дела богов и становиться на чью-либо сторону. Это реальное попадалово, — Саша стал насвистывать песенку гномиков из Белоснежки.
Пока Уриан не схватил его за горло.
— Если ты вдруг забыл, мы в аду, где томится куча демонов и некоторые из богов, которых ты не захочешь злить. Нам по возможности не стоит привлекать внимание.
Саша оттолкнул руку от горла и скривился.
— Не стоит быть такой сволочью.
— А ты не будь идиотом.
— Довольно! — прорычал Рэн. — Давайте придержим яд для схватки с врагами, замышляющими наше убийство, а не для нападок друг на друга.
Они шли, а Катери становилась все задумчивей, наблюдая за мужчинами. Она восхищалась ими. Столь разношёрстные личности, но объединённые в войско, призванное защищать людей, с которыми они даже не знакомы. Человечество, которое в прошлом не проявило к ним ни грамма доброты. Каждый из них горько предан тем, кому он доверял.
Сандауна застрелил лучший друг на ступеньках церкви, где он собирался обвенчаться с любимой женщиной. Уриана предал отец и дед. Кабесу — женщина, ради защиты которой он бы отдал свою жизнь. Сашу — собственный брат. Рэна…
За него у нее разрывалась сердце. Она взяла его за руку. Он вздрогнул, потому что не привык к такому.
— Ты будешь вздрагивать каждый раз, когда я к тебе прикасаюсь? — поддразнила Катери.
Рэн наслаждался веселой интонацией ее голоса. Ему никогда не привыкнуть к такой непринужденной манере общения с ним.
— Интересно, а он боится щекотки? — сказал Саша, выразительно шевеля бровями. — Но поскольку я люблю свое имущество не выпотрошенным, не буду говорить, что умираю от желания узнать. Но, Катери, ты узнай, а потом расскажешь.
Она озорно улыбнулась.
— Так как, боишься?
Рэн пожал плечами.
— Откуда я знаю?
Катери поморщилась от столь бесстрастного тона. На долю секунды она забыла, что таких обыденных вещей у него не было в детстве. Никто никогда не играл с ним. Он почти вырос, прежде чем Бизон подружился с ним, хотя у Рэна был брат-одногодка. Койот играл с друзьями, а Рэна оставлял в стороне наблюдать за ними.
На нее нахлынуло видение его прошлого. Солнечный летний день, жара стояла просто невыносимая.
— Эй, Мака'Али, мы идем купаться. Хочешь с нами?
Рэну тогда было где-то двенадцать или тринадцать лет, он оторвался от работы по дому и посмотрел на Койота и Чу Ко Ла Та с другими мальчишками его возраста.
— Я-я-я-я д-д-должен з-з-з-закончить.
— Да ладно, мы ненадолго. Ты сможешь закончить, когда вернемся. Сейчас середина дня. Давай отдохнем, пока такая жара.
Несмотря на неприятные предчувствия, Рэн кивнул. Его раньше никогда не приглашали с собой, и он побоялся, что брат со своими друзьями больше не предложат, если он откажется.
Рэн отложил в сторону инструмент и стер пот со лба, прежде чем присоединился к компании мальчишек. Всю дорогу до озера они подшучивали друг над другом и смеялись, полностью игнорируя Рэна.
Как только они добрались до небольшой поляны, около которой поблескивало озеро, все разделись до набедренных повязок и запрыгнули в воду.
Рэн заколебался. Будут ли они смеяться над ним? Он еще ни перед кем не раздевался.
— Давай, Мака'Али, — позвал Койот. — Ты много теряешь.
Готовясь к худшему, Рэн тоже разделся до набедренной повязки, а потом залез в воду. К его облегчению, ребята его полностью игнорировали, купаясь и резвясь в воде.
Рэн нырнул под воду. Живительная прохлада ослабила полуденный зной. Несколько минут он спокойно плавал на спине с закрытыми глазами.
Пока его не схватили.
Прежде чем он опомнился, Чу Ко Ла Та сорвал с него набедренную повязку и смеясь побежал на берег.
Рэн бросился за ним. Как только он оказался на суше, его схватил Койот и бросил назад в воду. Рэн выплыл, кашляя и хватая ртом воздух, а потом обнаружил, что мальчишки сбежали. Прихватив с собой всю его одежду.
Он попытался позвать их, но ничего не получалось. Челюсть заклинило, и слова застряли в горле.
Оскорбленный и рассерженный Рэн поплыл к берегу и вылез.
«Я должен попытаться вернуться в город незамеченным. Есть несколько троп, которыми редко пользуются.
Оказавшись дома, я смогу…»
