Рэн бросил на нее странный взгляд, который она не поняла, пока он представил ей Бизона.
— Катери, познакомься с Сандауном.
Рэн ответил ей в тот же манер.
«
Хотя это имя не вязалось с оглушительными выстрелами из дробовика, который он походу обожал.
«Но кто я такая, чтобы судить?»
Рэн представил ей остальных мужчин.
— Во время прошлого нападения ты встречалась с Кабесой. Блондин с длинными волосами и клыками — Уриан, а второй — Саша.
— Всем привет, — сказала Катери с улыбкой.
Рэн встал рядом и сложил руки на груди.
— Между прочим, у Саши нет клыков, потому что он ликантроп.
Поразительно. В голове перещелкнуло и она кое-что сообразила.
Солнце светило…
Катери многозначительно покосилась на небо.
— Разве ты, Кабеса и Уриан не должны вспыхнуть?
Кабеса поднял голову.
— Это не настоящее солнце.
Возникает другой вопрос:
— Хорошо… тогда где же мы?
Кабеса в упор посмотрел на Рэна.
— Шибальба.
«Интересно, мог ли он сказать это более сухо?»
Рэн выругался, а Катери ахнула, посмотрев на окружающее новым взглядом.
«Это преисподняя майя?
Здорово. Меня втянуло в какой-то доисторический ад. Сколько людей могут таким похвастаться?»
Сандаун рассмеялся, глядя на нее.
— Да, теперь понятно, — сказал он Катери. — А мне нужно было все разжевать. Я впечатлен, что ты знаешь, о чем речь. С другой стороны, ты доктор наук, а я — нет.
Рэн провел большим пальцем у уголка губы.
— Нас никто не трогал. Я должен из-за этого волноваться?
— Ну, здесь девять уровней, — сказал Кабеса. — Это первый. Здесь в основном фантомы, призраки, слабые демоны. В общем, все не так плохо. Но есть двенадцать владык Шибальбы. На них мы не захотим напороться. Особенно на Иш Таб.
— Иш Таб? — спросил Сандаун.
— Богиня жертвоприношений и ритуальных самоубийств, — ответил Уриан.
Кабеса был явно впечатлен.
— Ты знаешь мой пантеон?
Уриан окинул взглядом их небольшую компанию и криво усмехнулся.
— Как самый старый среди присутствующих… да. За многие столетия я побывал в разных местах, охотясь за едой. Майя были одним из любимых блюд в меню.
— Почему? — спросил Саша, озадаченно хмурясь.
— У них есть богиня самоубийства, скуби. Ты появляешься в виде демона, убеждаешь их, что пришел из Шибальбы, и народ готов отдать тебе всю кровь и души в придачу. Майя рассматривали жизнь как обычную дорогу к смерти. У них было иное представление обо всем, что мы олицетворяли. А светлые волосы облегчали задачу, ведь у них есть старинное пророчество о светловолосом демоне-змее. Называют тебя
— Наверное, из-за ваших огромных аппетитов, — пробормотал Сандаун. — Где, черт возьми, шатались Темные охотники?
Уриан подмигнул ему.
— Их было мало и очень далеко от Мезоамерики, именно поэтому нам нравилось сюда наведываться.
Саша покачал головой.
— Отличная диссертация о мышлении даймонов. Не могу поверить, что у нас общие корни. Проклятье, Ури, вы безжалостный народ, и ваша дурная слава кинула тень на нас.
Улыбка Уриана могла растопить лед.
— Безжалостно, это когда твой собственный дед проклял тебя умирать ужасной смертью на двадцать седьмой день рождения за то, в чем ты не принимал участия или даже не знал. Проклятье, я был младенцем, жившим в Греции, когда чокнутая атлантская королева грохнула любовницу Аполлона.
— Хреновый расклад? — спросил Кабеса.
В глазах блеснул злорадный огонек.
— Как тебя угораздило стать Темным охотником?
Кабеса злорадно рассмеялся.
— Мне выпала не просто хреновая карта, я умудряюсь при любом случае ее разыграть. И она служит мне лучше, чем мой народ, думая, будто ты мой прямой предок.
Катери не была уверена, что правильно поняла.
— Ты связан с богами майя?
— Именно поэтому мое имя Кукулькан. К сожалению, когда я родился, гены были сильно разбавлены, и все силы, пришедшие с родословной, утеряны. — Он повернулся и с раздражением глянул на Уриана. — Наверное, потому что кто-то высосал их из нас. О, если бы я мог вернуть те дни, когда можно было тебя грохнуть.
— Ладно, парни, — прервал их Рэн. — У меня нет ни сил, ни желания играть в рефери. — Он показал на Кабесу и себя. — Ты и я…
— Почему у тебя синие глаза? — спросил Сандаун. — Приятель, они дико контрастируют с твоей кожей, да и обликом в целом.
Катери завелась с пол-оборота.
— Это не так! Они прекрасны!
Сандаун расхохотался.
— Прекрасны, как женщина, да?
Катери шагнула к нему, но Рэн ее остановил. Черты его лица смягчились, и он убрал волосы с ее лица.
