Через Прасковью и её девок кликнул клич. Что во дворец требуются способные к рисованию и прочему рукоделию. Набираем в основном девчонок. Несколько дней ничего не происходило, выяснилось, что я идиот. Родители приводили своих чад, но дальше ворот их не пускали. Тогда я приказал Дмитрию найти шатёр и поставил его на площади у Никольских ворот. В шатре длинный стол с лавками по обе стороны. Дождавшись появления желающих, Дмитрий раздал листы серой бумаги и краски. Задание следующе, раскрасить рисунок, а потом вырезать фигурки, добиваясь максимального эффекта. Только на простейшие краски растительного происхождения я потратил уйму денег. К сожалению, я не мог открыто присутствовать в шатре. Зато сидеть в закрытом возке вполне. А Митя был моими глазами и ушами. В результате трёхдневных мучений я отобрал тридцать одного ребёнка. Пацанов всего семеро, остальные девчонки. Вот этих я на следующий день лично провел в Кремль и устроил следующее отборочное сито. Моя учебная комната забита, дети сидят на полу в коридоре. Вызываем по семь человек. Я предлагаю нарисовать самим несколько фигурок людей и животных, разукрасить и вырезать. А потом с помощью рыбьего клея приклеить к основанию, роль которого играют строганные лёгкие дощечки.
На сей раз я сам слежу за происходящим. Всем детишкам обещано угощение, оставить я планирую менее десяти лучших. Посмотрим.
Я наблюдаю за детворой, обычные балбесы как в моём детстве. Пытаются подглядывать друг за другом. Одни сосредоточенны, вон девчушка лет восьми аж язык прикусила от усердия. Другие пасут ситуацию и больше стреляют глазами по сторонам. Мне же важна усидчивость и ловкость пальчиков. Ну и конечно наличие способностей.
Ничего удивительного, среди восьмерых прошедших отбор, только один взрословатый паренёк лет тринадцати. Остальные девчонки. Самая младшая — та целеустремлённая девчушка восьми лет. Старшей двенадцать лет.
К немалому облегчению воспитателя, всю ораву выпроводили на нижний этаж, где кухарка накормила пирогами и киселём. А я смотрю на кучку детвору, которых ведут на выход. Детишки за эти дни получили кучу эмоций. Вон как идут и руками машут. А ещё глазеют на царскую роскошь. На ухоженную территорию и марширующих стрельцов.
От моего имени с родителями избранных говорил Глеб Иванович. Зря он так, нельзя грубо с людьми. И не важно, что они подлого сословия.
Воспитатель представил всё, как причуду малолетнего царевича и сто раз повторил, что для их детей это просто чудо оказаться в Кремле. Они приняты на испытательный срок. Их тут будут учить и кормить, никакой зарплаты. Судя по реакции отцов, они даже на это не рассчитывали.
К сожалению, кроме того единственного пацана, девчонки безграмотны. Ну не станет даже состоятельный ремесленник вкладываться в образование дочери. К чему, если вскоре она улетит в чужой дом и на этом всё.
Я горестно оглядел своё притихшее воинство. Детские мордашки с любопытство смотрят на меня. В глазах дикий интерес. Одеты убого, но надо отдать должное, относительно опрятно.
— Так, Проша, нужно перво-наперво их накормить, пусть принесут пирогов.
По себе знаю, на голодный желудок учиться не получится. На полный тоже, поэтому каждому ребёнку перепало по одному пирогу. Это поможет не думать о желудке и сосредоточиться на занятиях. Поедят ещё в конце.
В этот день мы только познакомились, и я показал им азбуку и буквы. Потом детишки начали клевать носом и пришлось их отпустить на кухню.
А после обеда, как всегда, у меня проклюнулась здравая мысль. Просто я уже заранее начал жалеть себя. Становиться учителем для такой оравы нелегко.
А что ежели подтянуть Анну? Она как раз получила хорошее образование. Читает и пишет свободно, более того, даже втихаря почитывает рыцарские романы.
Через Прасковью удалось вызвать старшую сестрицу.
Анна в своём любимом платье коричневого цвета. Оно смотрится как балахон, до пола с широким подолом и длинными рукавами. Девочка смотрится в неё как готовая монашка. Вот только голова непокрыта платом. Волосы тщательно приглажены, заплетены в косы и украшены затейливым головным убором. Светлые глаза смотрят настороженно, будто ожидает от меня неприятностей.
Так как сестра вышла в сопровождении служанки, я увлёк её вдоль прохода. Убедившись, что служанка отстала, начал непростой разговор:
— Аня, мне нужна твоя помощь.
Коротко и сразу быка за рога. Сестра недоумённо смотрит на меня. Потом нерешительно оглянулась назад, но там мой Пахом отвлекает её личную то ли служанку, то ли надсмотрщицу. Помочь значить некому:
— Какая помощь тебе нужна? — голос тихо шелестит. Как она так ухитряется говорить без эмоций. Будто механическая озвучка.
— Да я тут взял детей на обучение и хочу, чтобы ты помогла их учить.
Ха, а вот сейчас на мгновение в её глазах мелькнул интерес, — учить, детей, а зачем?
— Ну, понимаешь, я хочу делать хитрые книжки для детей. Может ты видела у Татьяны. Очень красивые говорят, — девочка отрицательно покачала головой.
