Пришли. Над могилой тихонько развеваются флаги. Флаг России — страны, служению которой Первый отдал всего себя. И флаг ЧВК «Вагнер» — его подразделения, которое стало самой эффективной и самой известной частной армией мира.
Вокруг — поразительное спокойствие.
Странно: пока ты идешь к месту, ты весь на иголках, будто вся земля под ногами наэлектризована. Но, попадая к дяде Жене, ты внезапно ловишь себя на абсолютно других ощущениях. Наступает странное чувство спокойствия в душе. Ты понимаешь, что он был готов оказаться здесь. Что ничего не было сделано напрасно. Что еще многое предстояло сделать, и теперь дело Первого — в наших руках.
Потом мы еще долго сидели в кафешке у метро, вспоминали былые дни, строили новые планы на жизнь, поминали добрым словом дэпээсников и сотрудников МВД на кладбище. И понимали, что еще не один раз пройдем этим маршрутом.
По стрелкам. К могиле Е. В. Пригожина…
На фоне текста про наших идеологических оппонентов из США хотелось бы поговорить про текущую обстановку в еще одном регионе, который американские аналитики не осветили в своей статье, а именно о «Русской Африке». Повод, к сожалению, имеется сугубо неприятный. Как справедливо замечает наш камрад Артем Блинов, пока в Африке наблюдается некоторое затишье в связи с известными событиями конца августа, Центральноафриканская Республика начинает вертеть пятой точкой и искать общения с разными заинтересованными сторонами.
А, как известно, кто ищет — тот обязательно найдет.
Во-первых, крайне неприятный симптом — это переговоры Эммануэля Макрона с 10-м президентом ЦАР (и человеком, которого ушлые журналисты в кулуарах прозвали «пятым черепашкой-ниндзя» за схожесть с персонажами массовой культуры) Фостен-Арканжем Туадера. Судя по всему, человек решил обезопасить себе все возможные варианты на тот случай, если, к примеру, регион покинут отряды прославленного русского воинства имени немецкого композитора. Но появление в списке на разговор Макрона может свидетельствовать о том, что ЦАР потихоньку готовит финт ушами — и в любой момент развернется в другую сторону.
Во-вторых, и этот звоночек не менее тревожный — приезд премьера ЦАР Феликса Молуа на конференцию в Южную Корею. Если вы думали, что Республика Корея — это только страна ужасной музыки для маленьких девочек, дешевых сериалов и торжественных ужинов из собачатины, то вынужден вас расстроить. Южная Корея — это демократическая диктатура, которая держится с 1950-х исключительно на американских штыках. И такой заход выглядит еще более тревожным для судьбы российского присутствия в ЦАР.
Товарищи гвардейцы могут меня упрекнуть — мол, как так, ты же писал про Русскую Африку, что там теперь стабильность и полное благорастворение. Да, все так и было, но я напомню, что далекий Черный континент стал братской Русской Африкой исключительно благодаря парням из ЧВК «Вагнер», которые приехали и показали черным парням мастер-класс. И это стало триггером к тому, чтобы Африка приглашала к себе специалистов из «Вагнера» и училась быть свободной.
Сейчас и в регионе, и в судьбе «оркестра» мы видим подвешенный в воздухе вопрос: что дальше? Ясно одно: без действий русских «музыкантов» Россия может начать терять своих ближайших союзников на континенте. И тогда можно будет сколько угодно говорить про борьбу с колониализмом — только без тех, кто реально с колониализмом боролся, всё это останется лишь красивыми словами.
А желтой и жаркой Африке нужны не слова — а дела.
