Вдыхал их опьяняющий дурман.
Писал, но расставлял лишь только точки
В свой старый недописанный роман.
Бежал, считал с наивностью бродяги:
Есть время всё успеть и всё объять.
Ветшая, выцветали мои стяги.
Ведь пятью пять всегда лишь двадцать пять.
Случалось на краю или за краем…
Неважно всё под прахом прошлых лет.
Считается: тогда мы умираем,
Когда перестаём искать ответ.
На что? Да это в принципе не важно.
Найдётся неразгаданный секрет.
Не хочется в угаре эпатажном
Спешить за балаболами вослед.
И дни опять бежали серой стайкой.
Иллюзия свободы – лишь туман.
А время усмехалось: «Угадай-ка,
Где спрятаны ключи от дивных стран».
Хрустальный сон.
Поговорим о чём-нибудь.
О чём – неважно, право слово…
За горизонт не заглянуть, -
Ты говоришь мне снова, снова.
Но я не спорю, я молчу.
В молчанье тянутся мгновенья.
А я сказать, тебе хочу,
И разогнать, как дым, сомненья.
Но время спутало века.
Так, говорят, порой бывает.
В тумане тонут берега,
И под ногой дорожка тает.
Ах, эти лунные мосты.
Коварный свет их догорает.
Боюсь, что с ним исчезнешь ты,
А ночь, бледнея, ускользает.
Её виденья – явь иль сон?
Я в них ищу частички счастья.
Но слышу лишь хрустальный звон
Осколков, бьющихся на части.
Сказка лунной ночи.
Вот день мелькнул и был таков.
На крыльях снов спускались тени,
Упрятав мир в хитросплетеньи
Ночных невидимых оков.
Крадётся бледная Луна,
Ночным смущением объята:
Она ни в чём не виновата,
И страстью пламенной полна.
Подружки-звёзды меж собой
Судачат слишком откровенно,
Луны прикрыты бледной тенью,
Про несуразный мир земной.
Им всё здесь кажется не так.
Страстей безумное кипенье
И тихий ропот сожаленья -
В их мире попросту пустяк.
При краткой жизни на Земле
Им не понятны устремленья -
Ловить короткие мгновенья,
Блуждая в сумеречной мгле.
Луна, меж тем, прикрыла лик…
Она так много повидала
За век свой долгий, что устала
Твердить о том, что жизнь лишь миг.
Обломки сбросив от вериг,
Пусть на короткое лишь время,
Стою пред ней… и пусть сомненья
Не омрачат небесный лик.
Смутные времена.
Зло не может питаться обрывками снов,
Строить замки из слёз на невзгодах несчастных.
И однажды, разбив цепи тяжких оков,
Вышли двое из бездны средь будней ненастных.
Первый – свет и добро нёс с улыбкой в руках
И дарил его всем по горячей крупице…
А второй говорил: «Свет сожжёт землю в прах,
Не спасётся никто, даже быстрые птицы».
И тогда тот, который душою был слеп,
Бросил камень в открытое сердце «бродяги»…
Может быть, доброта в нашем мире лишь бред -
В отгремевших сраженьях сожжённые стяги?
Слепота может жить среди мрака души,
Если в ней нет тепла, малой толики счастья…
Свет надежды утратив во мраке и лжи,
Разбредалась толпа среди тьмы и ненастья.
Лишь малыш, поотстав, возвратился назад.
Тлели в серой пыли капли тёплого света.
Взял одну. Не всегда путь ведёт только в ад.
Почему? Я оставлю вопрос без ответа.
Убегают незримой тропинкой года,
Дремлет время, свои охраняя границы.
Только память во снах снова мчится туда,
И опять стынет кровь и опять мне не спится.
Я бегу и кричу: «Погоди, не спеши…
Там погибель твоя держит камень на взмахе».
Улыбается он: «Теплотою души
Должен путь осветить заплутавшим во мраке».
Просыпаюсь. В окно заглянула Луна.
Щурит глаз, будто знает о том, что мне снилось.
