— Элар, мы это уже это обсуждали. Я не буду ломать жизнь ни тебе, ни себе. И становиться причиной хаоса в княжестве у меня тоже желания нет.
Отброшенная кружка раскололась о стену, черепки ссыпались в ароматную трявяную лужу.
— Ты ломаешь её прямо сейчас!
— И мне это так же больно, поверь, — накрываю его руку своей, — Но иначе нельзя.
— Прости. Ты права, наверное. Просто брак этот… и зачем он отцу только сдался?!
— Тут на будущее расчёт! — пытаюсь улыбнуться. Судя по его лицу не слишком удачно, — Князь Ллевельдеила против тесных контактов с людьми и не хочет, чтобы его сын менял выбранную политику. А в Эссарионе всё с точностью наоборот.
— Ты к чему клонишь?
Всё-таки переводить разговор с неудобных тем я умею не так уж плохо.
— Смотри, Мирэана устраивает свару с астаэ, князь в ярости, видеть её не хочет. И тут его не в меру горячую доченьку как по заказу сватает за своего сына правитель Ллевельдеила. Да отец же тебе, считай, надсмотрщицу подыскал! Я на свою косу поспорить могу, всё было подстроено с начала и до конца.
— Интересная версия. И что мне теперь с этой девицей делать?
Улыбаюсь уже куда натуральнее.
— Поверь, в некоторых случаях умный оппонент рядом куда полезнее союзника.
Всё же хорошо, что мне пришло в голову захватить две кружки. Разговор предстоит долгий.
Все следующие дни я примерно изображаю незнание и непричастность для появившихся в Перекрёстье эльфийских соглядатаев. По утрам завтракаю в общем зале трактира, затем неспеша гуляю по городу, заглядываю в лавки, но почти никогда ничего не покупаю, потом болтаю со слугами или трактирщиком, вечером ужинаю в трактире же. Тихо, мирно и благопристойно. Могу поспорить, у разведчиков князя зубы сводило от желания схватить меня и допросить с пристрастием, но пока была надежда дождаться появления принца, доблестные воины точно так же изображали незаинтересованность, старательно играя роль семейной пары купцов с охраной. Даже переговоры с каким-то из местный торговцев вели, насколько мне известно.
Впрочем, долго играть в эти игры не стоило. Завтра истекал назначенный мной срок, исчезнуть стоило сегодня ночью.
Прогулка моя как раз подошла к концу. Не настолько большой город это Перекрёстье, чтобы гулять по нему дольше нескольких часов. Даже если выбирать каждый раз новый маршрут.
Сидящий у дверей трактира нищий проводил меня неприязненным взглядом бесцветных глаз. С этим типом мы ещё в день приезда не сошлись во взглядах на поводы для щедрости. За мою одежду он с тех пор хвататься не пытается, но поминает в спину не слишком ласково.
Вхожу в помещение, приветственно киваю вышибале и устраиваюсь на своем обычном месте у окна, лицом к двери. Улыбаюсь хорошенькой служанке. Уже знающая мои привычки и вкусы девушка просияла в ответ и скрылась на кухне. Откидываюсь на спинку стула, расслабленно прикрываю глаза. За спиной скрипнула ведущая в комнаты лестница. Две пары ног протопали к столику. От нечего делать прислушиваюсь. Мужчина и женщина, он явно воин — друг о друга характерно позвякивают колечки кольчуги, о ней ничего определенного сказать нельзя, разве что держится немного неуверенно.
Мужчина сделал заказ и обратился к спутнице, явно продолжая какой-то давний спор:
— И всё же, вы уверены, что сможете дальше поехать в одиночестве? Эльфы редко пускают в свои Леса тех, за кого никто не может поручиться.
Ага, прислали новый отряд на границу с Ллевельдеилом. Давно пора.
— Ничего страшного, я справлюсь.
— Я и мои воины были бы только рады поручиться за странствующую певицу. Как пограничный отряд, мы будем иметь на это право, как только за нас самих поручатся те, кого мы сменим.
— Я не певица, только учусь, я же говорила!
Подозрительно знакомый высокий голос. Не-эт, быть такого не может!
— Тогда я непременно должен услышать ваши песни после того как вы окончите обучение.
— Ой…
Замираю, боясь обернуться. Может, всё же кажется. Богиня, я вам косу в жертву срежу, только бы это была не она! Ну пожалуйста!
— Считайте это приглашением. В доме моего отца всегда рады менестрелям. И вы не ответили на мой вопрос, таэс Леренва.
Оборачиваюсь. Богиня, вы стерва! Моё малолетнее наказание сидит за соседним столиком и увлечённо общается с каким-то молодым рыцарем Храма. Дорожная одежда, неумело перекрашенные в рыжий цвет волосы, лёгкое смущение на мордочке. Не желай я сейчас её убить, это было бы даже забавно.
— Вы позволите, уважаемые? — поднимаюсь и подхожу к их столику. Лерда охает и тут же съёживается на своем стуле, её спутник кладет руку на рукоять меча. Славный парнишка. Высокий, черноволосый, с ясными глазами и упрямым подбородком. Располагающий к себе.
— Добрый день, — бесцеремонно усаживаюсь рядом с ними. — Леренва, потрудись объяснить, что ты здесь делаешь.
— Сначала ответьте, кто вы, и по какому праву обращаетесь к моей спутнице? — привстал рыцарёнок. Что-то в его лице показалось мне знакомым. Нет, не вспомнить.
