В общем, не смотря на скудную жизнь без особенностей и излишек, Фредди был счастлив в Средней Минутии. У него было всё: любящие родители, балующий дедушка и прекрасные друзья, масла бы побольше, но выйдет на работу и этого прибавится. Жизнь Фредди была известна и предначертана, осталось только доучиться и дорасти до верхней трети четвёртой шестерёнки.
Седовласый Годфри мерил шагами личный роскошный кабинет, обвешанный собственными портретами, осматривая через панорамное окно свои владения. Всё шло как по маслу: часовой механизм двигался минута за минутой, час за часом, сутки за сутками. В его распоряжении было неограниченное количество времени, которое будоражило внутренности Годфри, ведь каждый новый час способен выдвинуть Времландию на новый, не виданный доселе уровень.
Годфри только недавно поднялся с постели, ведь не гоже вельможе поднимать свое тело раньше полудня. На два часа дня была запланирована встреча Кабинета Министров Времландии, где те будут давать отчёт о неумолимом продвижении времени.
«Только вперёд! Ни ходу назад!» — таков был девиз Времландии, которому следовали все механизмы и шестерёнки царства времени. Годфри был не плохим Верховнокомандующим, во всяком случае, министры всегда говорили о его великолепии, а раз нижние чины считали его непревзойдённым, значит, так оно и было. Ведь Верховнокомандующий Времландии должен служить народу, а министры являются прямым отражением воли народных масс.
Годфри подошёл к зеркалу, смазал «Искрящимся соблазном» и без того блестящую лысину, обрамлённую седыми проволочными лохмами, и лениво прошагал в конференц-зал.
Комната для конференций представляла собой вытянутый десятиметровый стол, с одного края которого расположился трон Годфри, а с другого конца стояли двенадцать стульев министров. Расположение стульев было удобным для Годфри, ведь министры сидели в безмолвии, чтобы словить каждое слово и каждый вдох своего Верховнокомандующего, а им самим, чтобы что-то сказать, приходилось кричать с другого конца зала, что приводило к существенной экономии слов. А экономия слов означала экономию времени, что было, безусловно, практично, ведь пусть время и бесконечно, жизнь Годфри не вечна, хотя с таким количеством разнообразных масел, поддерживающих его функционирование и с избытком лечащего сна он мог властвовать ещё несколько десятилетий, в добавок к двадцати трём предшествующим.
Да, по документу Времяустройства пост Верховнокомандующего можно было занимать не боле четырёх лет к ряду, но кого это волновало? Бумажками в этой стране можно было подтираться, ведь воля народа куда важнее загогулин на страницах, а народ неизменно выбирал Годфри.
— Разрешите доложить! — в конференц-зал вошёл Понедельный и, растянувшись по струнке, смиренно ждал ответа от Годфри.
Понедельный являлся секретарём Верховнокомандующего и относился к касте неделек. Он был чрезвычайно упитан и спереди и сзади, и его ягодичные округлости были пропорциональны округлостям объемного живота. Первым, что бросалось в глаза во внешности Понедельного, были густые кустистые брови, нависающие над веками так, что пуговки глаз терялись, и казалось, что он видит мир одними бровями.
— Докладывайте! — развалившись на троне, ответил Годфри.
— Все министры прибыли! Пригласить их? — отчеканил Понедельный.
— Приглашайте. И свяжитесь с Полгодовым, где его хронофаги носят? — отделяя продолжительной паузой каждое слово, ответил Годфри.
Понедельный открыл увесистую книжку в мягком переплёте где-то посередине и провёл пальцем по странице.
— Полгодов сегодня навещает Годрика в Исправительной колонии Времландии, будет в резиденции после пяти. Отменить посещение?
— Нет. Ступайте. Зовите министров!
Спустя несколько секунд в зал вошли похожие друг на друга круглые шарики. Их было двенадцать, и все как один были седовласыми старцами, но блестел каждый на свой лад. Они расселись на приготовленных стульях и достали разноцветные папочки, уткнув глаза в пол и стараясь слиться с окружающим пространством.
— Январцев, доложи обстановку!
Министр Январцев отвечал за внутренний порядок в стране. Ему были вверены отряды ходиков особого назначения (ХОНовцы), что сгоняли на правительственные мероприятия для охраны и на неправительственные — для разгона и задержаний времяпреступников, а также отряды Времгвардии, которые занимались примерно тем же. А времяпреступники — это вам не какие-то обыкновенные правонарушители — они не грабили, не убивали, не совершали разбойных нападений, они делали кое-что похуже — сомневались в решениях Верховнокомандующего и Кабинета Министров.
Розовощёкий переливистый шар с платиновыми кудряшками, напоминающими множество поросячьих хвостов, поднялся со своего места.
— Время идёт, как подобает. Во Времландии нет никаких проблем, которые достойны достичь уха вашего Превосходительства! — вздёрнув подбородок выше собственной макушки, отрапортовал Январцев.
— А что с поставками «Искрящегося Соблазна»? Июньцев, какие прогнозы?
