Кассий Кольхаун и несколько местных жителей, стоящих рядом с ним, недоверчиво усмехаются.
Судья вызывает свидетелей для дачи показаний.
Первым вызывают Франца Обердофера.
Обердофер повторяет то, что уже говорил и раньше. Он повествует о том, как Морис Джеральд выехал из его гостиницы в ту ночь, когда пропал юный Пойндекстер, заплатил по всем счетам и, по-видимому, не чувствовал недостатка в деньгах.
В своих показаниях хозяин таверны подчеркивает, что как Морис Джеральд, так и Генри Пойндекстер были в совершенно трезвом виде, но как тот, так и другой казались очень возбужденными. В поведении Мориса Джеральда явно сквозила озлобленность. Свидетеля крайне удивило то, что мустангер так торопился выехать из гостиницы. Вместо того чтобы уехать утром, как раньше предполагалось, он отправился в путь глубокой ночью.
На этом допрос Обердофера заканчивается.
Его показания говорили не в пользу обвиняемого. Особенно подозрительным казалось то, что Джеральд переменил час своего отъезда.
Но почему же Генри Пойндекстер тоже был возбужден? Почему он так торопился догнать Джеральда и отправился за ним, невзирая на поздний час, вопреки своим скромным привычкам?
Вызывают нескольких свидетелей. Однако их показания еще больше запутывают обстановку. Они утверждают, что между подсудимым и Генри Пойндекстером существовали дружеские отношения.
Наконец выступает капитан Кассий Кольхаун.
Его рассказ совершенно меняет картину. Он не только раскрывает мотивы убийства, но выставляет преступление в чрезвычайно мрачных красках.
Кольхаун рассказывает обо всем: и о свидании мустангера с Луизой и о ссоре Генри Пойндекстера с мустангером. По его словам, мустангер удалился с угрозой. Кольхаун упоминает о том, что Генри поехал догонять мустангера; почему вздумалось юноше догонять его, об этом капитан умалчивает. Не раскрывает он и своей роли во всей этой истории.
Эти разоблачения вызывают общее удивление. Поражены все — судья, присяжные и толпа зрителей. Проносится ропот. Раздаются возгласы возмущения против мустангера. Тяжесть преступления увеличивается вдвое: он не только убил сына Пойндекстера, но и опозорил дочь.
Во время этой речи Кольхауна среди слушателей раздается стон. Он вырывается из груди несчастного старика-плантатора.
Однако глаза зрителей недолго задерживаются на Пойндекстере. Взоры скользят дальше — к карете, где уже видели девушку, поразившую всех своей красотой.
— Луиза Пойндекстер! — раздается голос глашатая, вызывающего свидетелей.
Кольхаун сдержал свое слово.
Прежде чем вызов был монотонно произнесен три раза, Луиза Пойндекстер уже спустилась на подножку кареты.
Смело, без тени страха предстала она перед лицом судьи.
— Где вы были, мисс Пойндекстер, в ночь исчезновения вашего брата? — спрашивает девушку обвинитель.
— Дома, в гасиенде моего отца.
— А в сад вы спускались?
— Да, я была в саду.
— Будьте добры, огласите час.
— В полночь, я это хорошо помню.
— Одна?
— Нет, не все время.
— Значит, часть времени кто-то был с вами?
— Да.
— Кто же это был?
— Со мной был мой брат.
— Но до прихода вашего брата был ли еще кто-нибудь с вами в саду?
— Да.
— Мы хотим услышать его имя. Надеюсь, вы не скроете этого?
— Это был мистер Морис Джеральд.
Этот ответ вызвал в толпе не только удивление, но презрение и даже возмущение.
В глазах же обвиняемого засветилась торжествующая радость.
— Разрешите вас спросить: была ли эта встреча случайной или же заранее условленной?
— Она была условлена.
— Мне придется задать вам нескромный вопрос. Простите меня, мисс Пойндекстер, дело требует этого. Каков был характер или, лучше сказать, цель вашей встречи?
Луиза заколебалась, но только на один момент. Выпрямившись и непринужденно взглянув на окружающих, она ответила:
— Характер или цель — это, в конце концов, одно и то же. Я не собираюсь ничего скрывать. Я вышла в сад, чтобы встретиться с любимым человеком, которого я люблю до сих пор, несмотря на то, что он стоит здесь перед вами как преступник. Теперь, сэр, я надеюсь, вы удовлетворены?
— Нет, это еще не все, — продолжал допрос обвинитель, не обращая внимания на ропот, пролетевший по толпе. — Мне надо задать вам еще один вопрос, мисс Пойндекстер. Вы слышали, что говорил свидетель, выступавший до вас? Правда ли, что ваш брат расстался в ссоре с обвиняемым?
— Совершенно правильно.
Толпа негодующе бушует. Ответ подтверждает показания Кольхауна. Побуждения к убийству теперь ясны. Слышатся возгласы: «Повесить! Повесить его!»
— Я призываю к порядку! — кричит судья.
— Мой брат простил мистера Джеральда, — с раздражением продолжала Луиза Пойндекстер, не дожидаясь вопросов. — Он поехал его догонять, чтобы перед ним извиниться.
— Я должен кое-что добавить, — вмешивается Кольхаун, нарушая установленный порядок суда. — Они поссорились доро́гой. Стоя на азотее, я все слышал.
— Мистер Кольхаун, — останавливает его судья, — когда суд даст вам слово, тогда вы будете говорить, а пока прошу вас не мешать.
Еще несколько дополнительных вопросов — и Луиза Пойндекстер освобождена от обязанностей свидетеля.
