Пенёк от мачты, высотой почти в человеческий рост обтесали, обломок упавшей мачты укоротили и тоже подтесали, а потом подняли и примотали к торчащему обрубку. А потом еще дополнительно расчалили канатами. Шкоты, фалы, брасы, ванты, стеньги и прочие гики — все эти слова залетали в одно ухо, а потом из него же и вытекали без какого-то застревания в мозгу. Это был не швисский язык, а морская абракадабра. Когда мачту сочли достаточно прочно установленной, экипаж взялся наводить порядок на втором корабле, там после падения мачты хватало рваных парусов и прочих веревок, требующих замены.
Оказывается, второе судно тоже пойдет своим ходом. А проблема нехватки парусной команды решается отсутствием ночных вахт. Ночь оба корабля будут стоять сцепленные бортами на плавучем якоре. Глупость какая — плавучий якорь! Он оказался конструкцией из запасных рей и парусов, связанных в виде большой шапки-колпака. На ночь плавучий якорь бросили в море на якорном канате. Через какое-то время, когда якорь отплыл достаточно далеко, канат натянулся. Вику пришло в голову, что это не якорь уплыл, а их кораблик отнесло ветром. Хорошая штука этот плавучий якорь, когда дно слишком далеко. Вот только течение его несет совершенно спокойно, так что утром ты в любом случае окажешься не там, где был с вечера. Ну и ладно, капитан, небось, соображает, что и как он делает. Он хоть и морской волк, как тут любят говорить, но тоже не хочет утонуть, заблудившись навечно в океане.
Виктор совершенно не представлял, как моряки ориентируются в бескрайних водах, но не ломал себе голову этим вопросом. Есть куча вещей, которых он совершенно не понимает, которые при этом работают независимо от его понимания. Впрочем, в этом мире есть всего два больших пласта таких знаний: морские путешествия и магия. И как нарочно, оба этих явления служат к пользе Виктора. Магия, так та вообще вроде мобильной связи, совершенно волшебным образом исполняются твои хотелки по нажатию иконок на экране или мысленным усилием в случае магических манипуляций.
А что тут еще есть? Сельское хозяйство? Да и понимать нечего, сунул семечко в землю, полил, собрал урожай. С металлургией еще проще, её он типа проходил в универе. Шорник тупо шьёт кожу нитками, а строители складывают камни один на другой, скрепляя их раствором, чтоб не развалились. Ровно ставь, и гони вверх хоть дом в десять этажей, хоть башню замка.
Эти мысленные упражнения перемежались наблюдениями за работой моряков, не чтоб понять и научиться чему-то, а просто от скуки. Это как втыкаться в видео в телефоне — может в голову что отложится, а может просто время убил. Давно забытое состояние убивания времени, излишков которого не было с самого момента попадания в этот мир, слегка нервировало. Отвык он что ли, или видосов интересных тут не попадается? Но раздражающее безделие заставило его начать учить мерсальер не по нужде, а целенаправленно. Благо под рукой имелся почти такой же бездельник — его слуга. А что, у того на корабле всего дел — ухаживать и исполнять потребности нанимателя, вполне скромные. Коктейли ему смешивать не надо, сопровождать на прогулках по городу не приходится. Разве что тереться рядом на корабле, напоминать о часе приёма пищи в обществе капитана да прислуживать во время оной. За одеждой ухаживать, подавать умыться, учить языку, готовить постель ко сну…
Короче, кормит Витя этого бездельника, почитай, зазря. Жалование урезать? Так вот беда, не платит он Арнолдо жалованье, по договору с хозяина только кормежка и содействие в доставке в эту самую Мерсалию. Ладно, пусть отдыхает пока парень, потом сойдут на берег, у слуги задач больше будет. Если не сбежит прямиком к себе домой. У него вообще дом-то есть на родине? Надо бы спросить на досуге.
Шторм, налетевший с самого утра, заставил поволноваться единственного пассажира «Красотки». Но по реакции моряков Виктор сделал вывод. Что не только единственный пассажир (слуга не в счет), а и волнуется один из всех. Остальных волновал не факт спасения своих жизней, а возможность потерять второй корабль их маленькой эскадры. Для предотвращения этого была отдана команда зарифить паруса, после чего матросы полезли подвязывать их веревочками, тем самым уменьшая площадь тряпочек. Вик догадался. Что это сделано, чтоб уменьшить скорость корабля во время этого жуткого шторма. Буквально через десять минут слезший с мачты моряк объяснил, что шторм так и не начался, а это так, волнение.
