Санитары ушли по своим делам, а я замер возле туалета, не зная куда деваться. Если я останусь, то Санрайз меня точно надолго устроит в местное отделение психиатрии. Ей достаточно заикнуться про Орлинг или Амерона, чтобы санитары скрутили ее и вежливо попросили задержаться, в подробностях рассказав о злом некроманте. Выхода нет, я должен бежать. Варианта было два: либо прямо сейчас и по стэлсу, либо притвориться котиком и дождаться, когда мне предложат подписать бумаги на госпитализацию. Черт, медсестра предлагала позвонить друзьям и вызнать про паспорт. Кроме неизменного времени, игра отличалась еще и тем, что не давала мне созвониться с теми, кто был вне игры. Нужно проверить телефон!
Я направился обратно к посту Маргариты Сергеевны:
– Пока безрезультатно, – Скромно улыбнулся я, продемонстрировав ей пустые баночки, – Я могу позвонить?
Медсестра кивнула на телефон на стойке и продолжила заниматься своими делами. Какое-то время мне потребовалось, чтобы вспомнить номер телефона Сереги. Он не отвечал. Номер Андрея я помнил еще хуже, но вроде бы набрал что-то похожее. Снова только гудки… Та же история с мамой и папой. Я бы мог предположить, что Серега с Андреем еще в игре и не могут ответить, но мама почти всегда отвечала.
– А здесь же можно по межгороду звонить? – Запоздало спросил я.
– Можно, – Последовал сухой ответ.
Я снова набрал номер мамы и снова не дождался ответа.
– Извините…
– Время там, – Впервые улыбнувшись, сказала Маргарита Сергеевна, указав мне на часы над головой.
Мне, в отличие от нее смешно не было, тем более что на часах были все те же три сорок семь. Бросив небрежное «спасибо», я пристал с изначальным вопросом, который намеривался задать:
– Я наверно не смогу предоставить паспорт. Родители из Казани точно не доедут в ближайшее время, а друзья не отвечают и у них нет ключей от моей квартиры.
– Выгнать вас на улицу мы все равно не сможем, пока не проведем все анализы, документы можно будет донести позже, – Отрапортовала сестра.
– Слушайте, а может, я просто сейчас подпишу отказ от госпитализации? Я себя прекрасно чувствую.
– Вы можете обратиться к врачу. Он должен будет подписать отказ.
– А где его найти?
Медсестра посмотрела на меня как на раздражающую муху:
– Дождитесь обхода. За это время сдадите анализы, ЭКГ и энцефалограмму, потом подпишите отказ и будете свободны.
Я не был уверен, что у меня есть столько времени. Мне не удалось вычислить какую-либо логику в перемещениях между моим миром и игровым, но искушать судьбу и дожидаться нового обмена я не хотел. Мне нужно было скорее добраться домой и забаррикадироваться там, чтобы Санрайз больше не могла выйти на улицу. Размышляя об этом, я снова подумал о том, что я реально болен. Уже месяц или больше лежу в этой больнице, а лекарства начали действовать только сейчас. Замершие часы были не более чем остаточным явлением моего психического расстройства, а мама с папой просто отказались от меня, обнаружив пускающим слюни возле компа. Может Серега с Андреем тоже постояльцы этой больницы, хотя у них предпосылок загреметь сюда было меньше. Я уже даже было решил спросить про друзей, но вовремя себя остановил. С чего бы здоровому парню, случайно оказавшемуся в больнице, выяснять, нет ли среди пациентов его друзей? Наверно это бы выглядело глупо и странно.
– Вернитесь в палату, отдохните, а позже я вас позову на процедуры.
Вероятно, моя кислая мина наскучила сестре. Я растерянно кивнул, внезапно решив, что, оставшись здесь действительно смогу «вылечиться». Проклятье!