– Ты стояла там и беспомощно следила, как сцепились между собой князь демонов и Астериал. Магия часто сопровождается… м-м-м… радиацией. Вот почему большинство чародеев близоруки, а маги Второго Ранга поголовно слепы – в обычном смысле этого слова. Это неизбежно. Но большинство волшебных искусств дает другие виды зрения, которые не только не хуже, но в некоторых отношениях даже лучше обычного. Они позволяют видеть не видимое простым глазом. Но чтобы быть хорошим магом, необходимо обладать врожденным даром и способностями к математике. В магии важна точность, иначе долго не протянешь. У тебя нет собственной магии, а без этого даже математический гений был бы беспомощен. Облучение, которое ты получила, было очень сильным. Да, моя дорогая, придется нам найти для тебя какое-нибудь колдовское решение. Зрение не вернется, но, надеюсь, кое-что мы все-таки придумаем.
У Чарли упало сердце. Зрение не вернется… Ей только что сказали, что она навсегда останется рабыней, и, мало того, – слепой рабыней.
– Бодэ просто вне себя, – ворчала художница. – Сначала ее превратили в рабыню – в рабыню! – и отправили на фабрику зелий удовольствия… ее! Великую художницу! Ее приставили к какому-то вонючему конвейеру!
«Да, но ты по крайней мере не ослепла», – с отвращением подумала Чарли. Если не считать Сэм, единственное, о чем могла говорить Бодэ, так это о самой Бодэ.
– А теперь ее привели сюда и посадили ее и ее самое прекрасное творение в эту выгребную яму, – продолжала Бодэ, как всегда, ни на что не обращая внимания. Чарли хотелось бы, чтобы Йоми или Дорион приказали художнице замолчать, но сейчас они были одни в комнате, а насчет разговоров никаких распоряжений не было.
Двое подручных волшебницы, мужчина и женщина в серых одеяниях, которых Чарли и Бодэ называли Он и Она, вошли в комнату и помогли им выбраться из ванны. Похоже, Йоми вела здесь достаточно деятельную жизнь и в ее распоряжении было куда больше людей, чем казалось с первого взгляда. Некоторые из них были начинающими магами, которым не удалось поступить в ученики к чародею второго ранга в какой-нибудь средине, другие – изгнанниками, как и сама Йоми, а большинство было из местного населения.
Их обеих заставили встать и принялись поливать горячей водой, пока не смылись последние остатки липкой грязи. Чарли пришлось особенно тяжело: ей сделали нечто вроде грязевой маски, которая застыла у нее на лице.
Не то чтобы это было совершенно невыносимо, просто неприятно, да и запах стоял препротивный.
Чарли не пробыла у Йоми и двух дней, как однажды, проснувшись утром на своей подстилке, обнаружила, что вокруг нее царит полнейшая темнота. С тех пор она ничего не видела, не различала даже света и тьмы. Прежде ее зрение ухудшалось постепенно, и Чарли заподозрила, что внезапная перемена была вызвана не чем иным, как магией Йоми, однако полной уверенности у девушки не было, а спрашивать было бессмысленно, все равно никто бы не сказал ей прямо.
Йоми не теряла времени даром и приказала Ему и Ей немедленно заняться обучением слепой рабыни.
Это было невыносимо скучное, одуряющее занятие, особенно из-за того, что заклинание рабыни не давало девушке ни остановиться, ни сделать перерыв, она не могла даже пожаловаться, ее обучение тянулось бесконечно и постепенно стало приносить плоды. Когда тебе приказано идти вслепую, со временем привыкаешь ходить крайне осторожно. Удерживать равновесие оказалось сложнее, но она справилась и с этим. Надо было научиться ощупью отыскивать путь вдоль стен пещеры, запоминая всевозможные препятствия, нащупывая дорогу ногами.
В грязевую комнату вошел Дорион и оглядел их с ног до головы. Он никак не мог избавиться от мыслей о Чарли, она являлась ему в красочных сновидениях, но он ни за что не смог бы воспользоваться своей властью, – тогда он бы чувствовал себя обыкновенным насильником. Вот если бы она согласилась сама, это было бы совсем другое дело, но отношения хозяина и рабыни не позволяли узнать ее истинные желания.
– Мы нашли вашу Сэм, – сообщил он. – Йоми постарается освободить ее от алхимических пут, которые на нее наложили, а Булеан приставит к ней человека, на которого можно полностью положиться. Вся штука в том, что мы хотим, чтобы все охотились за вами, но не хотим, чтобы вас поймали. Это прежде всего. Бодэ, твое творение великолепно, но оно предназначено именно для того, чтобы привлекать взгляды. По правде сказать, в любой средине вы обе с этими татуировками не протянули бы и часу, так что придется вам от них избавиться.
