– У Бодэ уши словно ватой забиты, – прокричала в ответ художница. – Она вся в синяках, промокла и, возможно, ранена, но не так сильно, как этот сукин сын! – Она неуверенно взобралась на лошадь позади Чарли и уцепилась за нее. Дорион повел свой маленький отряд в туманы нуль-зоны. Лошадь Чарли несла только совсем больного и очень усталого Мрака.
Всадники были близко, некоторых уже можно было разглядеть. Дорион понимал, что нельзя терять ни минуты. Что бы там ни было, им надо во весь опор мчаться сквозь нулевую зону и надеяться попасть в более или менее приемлемый мир прежде, чем их схватят.
Йоми взяла склянку с зельем и принялась ее рассматривать. – Интересно… – хрипло пробормотала она. – У герцога есть по-настоящему талантливые люди.
Старая ведьма вдруг отпила немного зелья, стирающего память. Кира в ужасе вскрикнула.
– Нет! Не надо!
На лице Йоми появилась беззубая ухмылка.
– У-ух… – выдохнула она. – Неплохая штука. Не беспокойся, милочка. Я просто хочу узнать, как оно действует. Со мной ничего не будет.
Они ждали, и в темноте минуты ожидания казались бесконечными.
– Быстрое, – наконец сказала колдунья. – Должно быть, они подмешали его к утреннему соку. Это сшибает с ног прежде, чем успеваешь понять что это такое, и действует безотказно. Зелье заставляет саму жертву помогать своему действию. Потрясающе! Оно будто бы знакомится с тобой. Потом находит нечто самое слабое, самое безвольное в твоем «я» и выпускает его на свободу, а само тем временем использует его чувства и порывы, чтобы заблокировать все воспоминания, которые не нужны для поддержания жизни, все, что связано с понятием «я». Кажется, зелье разрушает, а может, даже перестраивает ферменты самого мозга. Оно держится в организме очень долго, и тот отказывается с ним бороться. Со временем его действие все же ослабевает, но это происходит только после того, как новые связи установлены и произошли некоторые изменения. Оно дает воцариться в мозгу «Маисе», новой личности, а потом перестраивает всю систему связей так, что остаются только те, которые определяют «Маису» как единственное «я». К тому времени, когда зелье сформирует Маису и исчезнет, не останется никаких связей с прежним «я». Необходимые воспоминания – язык, здравый смысл, представление о том, например, что не следует совать руку в огонь, – все это дублируется как новая информация «Майсы», а все старые пути доступа к памяти затираются. Зелье слабеет, но не остается никаких связей с прошлым, Замечательно!
Кира кивнула. Она не все поняла, однако уловила главное.
– Другими словами, все, что ей говорят, когда она просыпается, зелье заставляет принимать за истину. Потом оно берет то, что ему требуется от старой личности, и отсекает все остальное. Кажется, что оно само живое!
– Нет, просто чудо современной химии, моя милочка. Опасное чудо. С его помощью можно создать преданную армию бездумных убийц. Надеюсь, оно еще не попало в руки к Старому Рогачу. – Она вздохнула. – Да, это будет нелегко. Самое сложное в том, что только само зелье пока удерживает ее прежнюю личность. Мы можем без труда избавиться от него, но тогда мы получим только Маису. Если мы оставим его, то получим ту же Маису, потому что зелье блокирует остальную память. А самое скверное – мы не можем ждать. Девушке уже нанесен ущерб, и с каждым днем он будет все больше. Надеюсь, что наш могучий акхарский маг, который мнит себя чуть ли не богом, сможет найти выход, ибо мне это не под силу. Единственное, на что мы можем рассчитывать при ее теперешнем состоянии, – это брачное заклинание, которое может полностью уничтожить лишь арбитраж магов; именно это заклинание еще обеспечивает некоторую ее связь с прошлым и с Принцессой Бурь. Но и оно не поможет, если она пробудет в этом состоянии еще пару месяцев. Лучше позвать нашего полубога!
– Боюсь, что мне действительно придется вмешаться, – проговорил приятный мужской голос, несколько глуховатый, со слабыми отзвуками эха. Он доносился откуда-то из темноты, так что невозможно было определить, откуда именно.
– Ты подоспел вовремя, умник, – заметила Йоми.
– Я все время был тут. Твой анализ был так интересен, мне не хотелось тебя прерывать. Кира, дай девушке половину антидота и давай приведем ее в состояние транса. Я не могу иметь дело с зомби, и, по правде сказать, бездействие мозга только заставляет это зелье работать быстрее.
Кира отлила половину из склянки в маленькую кружку, а потом подошла к толстухе, которая, казалось, спала.
– Открой глаза, возьми эту чашку и выпей до дна, – приказала она.
Глаза «Майсы» открылись, она взяла лекарство и послушно выпила его. Пока они ждали, когда оно подействует, Булеан заговорил:
