– Это старое название одной… одного места, – чародейка поморщилась, будто ей было неприятно про него говорить. – Не важно. Вон, глянь лучше, где твои беглецы.
Вместе с Миррой мы уставились на небо. Драконы без всадниц перестали удаляться от дворца и теперь летели по пологой дуге, огибая весь Высокий Город.
– Но как же так? Как драконы без всадниц летают? Зачем мы тогда вообще нужны, если они без нас прекрасно обходятся? – завалил я магичку вопросами.
– Не совсем они без нас обходятся, – ответила Мирра. – То есть без нас драконы могли бы прекрасно обходиться, но всё же не обходятся, – окончательно запутала меня девушка. Потом, поняв, что сказала какую-то ерунду, начала объяснять более обстоятельно:
– У нас в Башнях, как ты уже знаешь, четырнадцать драконов. Девять со всадницами, один твой, и ещё четверо тех, у кого наездниц нет. И каждому дракону нужно время от времени летать. Без полётов драконы слабеют.
– И как часто им нужно летать?
– У всех по-разному, кому-то каждую неделю, а кто-то может и месяц без полётов продержаться. К тому же, это зависит от возраста дракона. Чем он старше, тем больше способен пробыть на земле без потери своей силы. Воздушным драконам, например, нужно летать как можно чаще.
– Вот оно как, – теперь я понял, почему Мия так рвалась к Аллире. – Ну а мы-то им зачем, если они и без нас вон летают?
– Без всадницы могут летать только те, у кого её нет, – витиевато поясняла чародейка. – Те драконы, у которых в данный момент есть наездница, летать могут только вместе с ней. Но среди тех, что без всадницы, обязательно должен быть дракон со всадницей. Сами они также не могут летать. Посмотри внимательней, – показала девушка на наворачивающих круги вокруг замка драконов.
Последовав совету, я хорошенько пригляделся. Действительно, драконы без всадниц летели не сами по себе, а следовали за драконами Мии и Ринаты. Теперь понятно, зачем нужны патрули вокруг Вандора – это такой способ выгуливать драконов.
– А если всадница специально не будет летать на драконе? Что же он тогда, добровольно станет терять свою силу?
– Кажется, кто-то забыл, как несколько минут назад упрашивал меня его к дракону отпустить, – с иронией напомнила Мирра. – Хотя бы на полчаса. Готов был даже без седла лететь, рискуя жизнью. Вроде Роман его звали, – задумчиво сказала магичка и огляделась вокруг, будто ищу кого-то: – Куда же он мог деться?
Тут чародейка попала в точку, мне оставалось с ней только согласиться. Даже представить было трудно, что кто-то добровольно откажется от полётов на драконе, хоть раз их попробовав.
Ещё немного посмотрев на драконов в небе, я перевёл взгляд на тех, что остались на площадке. Помимо Мидира там присутствовала ещё и Раира.
– А где твоя Стелла? – поинтересовался я у Мирры.
– В Башне осталась, – помрачнела та. – Обиделась, что я ей время не уделяю.
– Драконы обижаются? – удивился я. – Ты же говорила, что они не осознают происходящее.
– Происходящее они прекрасно осознают, они себя осознать не могут. А так, они очень даже испытывают эмоции. По-своему, конечно.
Девушка о чём-то задумалась. Потом решительно тряхнула головой, видимо, приняв решение:
– Надо к ней сходить.
Пришлось покидать наблюдательный пункт и спускаться вниз. Когда мы проходили мимо столовой, я вспомнил, что хотел отнести Гарраху ставшие яблоком раздора джаски.
– Мирра, а что едят драконы? – спросил я, приглядываясь к оставшимся на столе блюдам. Часть из них уже исчезла – видимо, утащили служанки.
– Они всеядны, – махнула рукой магичка. – То есть не совсем, траву или кору с дерева не едят, конечно, но вот от всего остального не откажутся. Хотя предпочитают мясо, какие-нибудь груши будут только в том случае, если больше вообще ничего нет. Да и что им эти груши? Несколько телег нужно, чтобы наесться.
– Эх, а я-то уже хотел Гарраху отнести чего-нибудь, – расстроился я подобной избирательности.
– Почему же, попробуй. Только вряд ли он у тебя что-то возьмёт.
– Уже завтракал?
– Дело не в этом. Драконы очень редко берут что-нибудь у всадниц. Это знак высшего доверия – когда дракон принимает у тебя еду из рук. Нужно, чтобы вы были настоящими друзьями.
– И часто драконы становятся подобными друзьями?
– Очень редко. Это честь, которой удостаиваются единицы. Всадницей стать в разы проще.
– А среди вас есть такие?
– Есть одна. Единственная за лет двести. Угадаешь, кто?
– Неужели Хейли?
– Нет, не она, – рассмеялась Мирра. – И слава богам. Если бы Раира ещё и подарки от Хейли принимала, то нам бы осталось только самораспуститься. Иначе бы ослепли от её сияния.
Надо же, оказывается, другие всадницы тоже считают, что Хейли заносчива.
– Тогда, может, Наррита? – предположил я, набирая разной еды со стола в одну из чаш. Несмотря на слова Мирры, я хотел попытать счастья.
– И не она. Тёмные драконы вообще никогда близко со своими всадницами не сходятся.
– Тогда не знаю, – сдался я.
– Мия.
– Она? – по-настоящему удивился я.
